Об изменениях — Тханиссаро Бхиккху

Об изменениях — Тханиссаро Бхиккху


Изменения это один из основных вопросов буддизма – факт, настолько известный, что благодаря ему возникло пренебрежительное клише «Не об изменениях ли весь этот буддизм?» Менее известно, что вопрос изменений в буддизме рассматривается в более широких рамках, изменения — это ни начало прозрения, ни его окончание. Прозрение начинается с вопроса оценки изменений в свете стремления к настоящему счастью. Оно заканчивается счастьем, которое лежит за пределами изменений. Люди, забывающие об этом, вкладывают в учение собственный смысл, и часто предполагают, что и Будда действовал, исходя из такого же понимания. Вот два из тех толкований изменений, которые в наше время приписывают Будде.

Понимание изменений учит нас принимать любой наш опыт, не привязываясь к нему — получать от него как можно больше в настоящем, воспринимая его во всей его полноте, полностью осознавая, что вскоре мы должны будем отпустить его и принять всё дальнейшее.

Понимание изменений учит нас надежде. Потому что изменения — это неотъемлемое свойство вещей, по сути, ни что не постоянно, даже наша собственная личность. Неважно, насколько плоха ситуация — возможно всё. Мы можем делать всё, что хотим сделать, создавать мир, в котором мы хотим жить, и становиться тем, кем нам хочется стать.


Первое их этих толкований предлагает мудрость насчет того, как получать удовольствие от непосредственного личного опыта, когда предпочтительно, чтобы он не изменялся; второе — о том, как вызывать изменения, когда этого хочется. Хотя эти толкования иногда рассматривают как взаимодополняющие, они содержат практический конфликт: Если опыт настолько быстротечен и изменчив, стоит ли он усилий, требуемых чтобы произвести его? Можем ли мы искренне надеяться на позитивные изменения, если не можем обрести постоянство в их результатах? Не движемся ли мы к очередному разочарованию?

Или это просто один из неизбежных парадоксов жизни? Мудрость различных древних культур могла бы подтвердить это, советуя нам подходить к изменениям с настороженной радостью и стоическим самообладанием: учиться не привязываться к результатам наших действий, принимать, не испытывая сомнений, необходимость достижения мимолетных удовольствий и усердствовать в этом насколько возможно — ведь единственной альтернативой является бездеятельность и отчаяние. Этот совет тоже часто приписывают Будде.

Но Будда не был человеком, который принимает всё без вопросов. Его мудрость заключается в понимании того, что усилия, направленные на достижение счастья, оправданы, только если возможно умело управлять процессами изменений так, чтобы достичь счастья, которое неподвластно изменениям. В противном случае, мы пожизненно заключены в лагере принудительного труда, вынуждены производить приятные переживания, чтобы облегчить наш голод, но обнаруживаем, что они настолько лишены сути, что никогда не смогут нас насытить.

Такое понимание заложено в вопросе, с которого, согласно Будде, начинается прозрение:

«Что, если я это сделаю, приведет меня к долговременному благополучию и счастью?»


Это искренний вопрос, мотивированный желанием, стоящим за любыми сознательными действиями: достичь такого удовольствия, которое достойно приложенных усилий. Он вытекает из понимания того, что жизнь требует усилий, что если мы не будем достаточно старательны — вся жизнь пройдёт впустую. Этот вопрос, наряду с пониманием и желанием, которые его определяют, и составляет контекст, в котором Будда рассматривает изменения. При внимательно изучении, мы обнаружим семена всех его прозрений в понимании производства и потребления изменений.

В первой части — «Что, если я это сделаю, приведет…» — основное внимание уделяется вопросу производства, вопросу возможных результатов человеческой деятельности. До Пробуждения, Будда покинул свой дом и отправился в лес, чтобы исследовать именно этот вопрос: узнать насколько далеко могут увести человека его действия, узнать могут ли они привести к состоянию, которое недоступно изменениям. Его Пробуждение стало подтверждением того, что это возможно — если достигнут соответствующий уровень мастерства. Согласно этому, он учил, что есть четыре вида деятельности, сопоставленные четырем степеням навыка: три из них производят в рамках пространства и времени приятный, неприятный или смешанный опыт; а четвертый — выводит за рамки деятельности к уровню счастья, превосходящему пространство и время и т.о. устраняется необходимость достижения дальнейшего счастья.

Поскольку деятельность, связанная с производством и потреблением, требует пространства и времени, счастье, превосходящее пространство и время, по самой своей природе, не производится и не потребляется. Когда Будда достиг такого счастья и вышел за пределы производства и потребления, он стал способен видеть всеобъемлющее влияние тех видов деятельности на обычный опыт, увидеть насколько они лишают свободы. Он увидел, что наш опыт в настоящем – это нечто ежемоментно измышляемое или производимое из сырья, предоставленного прошлыми действиями. Мы сооружаем даже нашу личность, наше чувство себя. В то же время, мы стараемся потребить любое удовольствие, которое можем обнаружить в том, что мы производим — несмотря на то, что в своём желании потреблять удовольствие мы часто сталкиваемся с болью. Производство и потребление взаимосвязаны: Мы производим опыт, потребляя опыт, который произвели раньше. Способ потребления удовольствия и боли может привести к дальнейшему удовольствию или боли, сейчас и в будущем, в зависимости от нашей умелости.

Три составляющие второй части вопроса Будды — «меня к/ долговременному/ благополучию и счастью» — дают стандарт для оценки уровня нашей умелости в вопросах настоящего удовольствия и счастья. (Палийское слово, используемое здесь — sukha — можно перевести как удовольствие, счастье, беззаботность, или блаженство). Применим эти стандарты к опыту, который мы потребляем: если он не является долговременным, независимо от того насколько он может быть приятен — это не настоящее счастье. Если это не настоящее счастье, нет причин объявлять его «моим».


Такое представление является основой Трех Характеристик, которые, как учил Будда, помогают придти к чувству бесстрастия к обычному опыту в рамках пространства и времени. Anicca, первая из трех, является самой важной. Аничча — применяется ко всему, что изменяется. Иногда это слово переводят как «мимолётное», но на самом деле это противоположность nicca, что означает постоянное или надежное. Все, что изменяется — непостоянно. Разница между «мимолётное» и «непостоянное» может казаться только семантической, но она важна при рассмотрении роли аничча в учениях Будды. Как неоднократно заявляют ранние тексты, если что-то аничча, то оно автоматически имеет и две следующие характеристики: оно dukkha (тягостно) и anatta (не-я), т.е. не стоит того, чтобы рассматривать его как «я» или «моё».

Если мы переводим аничча как «мимолетноё», связь между Тремя Характеристиками может показаться спорной. А если переведем как «непостоянное», и рассмотрим Три Характеристики в свете исходного вопроса Будды, связь станет очевидна. Если вы ищете надёжную опору для долговременного счастья и покоя, возлагать такие надежды на нечто непостоянное — это очевидный путь к стрессу, всё равно что попытаться расслабиться на расшатанном стуле, который в любой момент может развалиться. Если вы понимаете, что ваше чувство личности является чем-то желаемым и измышленным — вы решили создать его — то нет веских причин продолжать создавать «я» и «моё» на основе опыта, который непостоянен и тягостен. Вам нужно нечто лучшее. Вы же не считаете целью своей практики обычный опыт?

Так что же делать с опытом, который непостоянен и тягостен? Можно рассматривать его как никчёмный и просто отмахиваться от него, но это будет расточительно. Всё же вы взяли на себя труд создать его; и, как выясняется, единственный способ достичь цели заключается в использовании этого опыта. Итак, вы можете научиться использовать его как средство достижения цели; а роль, которую он играет, служа этой цели, определяется типом деятельности, которая связана с его производством: деятельность, которая даёт удовольствие, способствующее достижению цели; или деятельность, которая не даёт удовольствия. Те виды деятельности, что дают удовольствие, Будда назвал «путём». Эти действия подразумевают акты щедрости, добродетели, практики психической поглощенности и сосредоточения. Хоть они тоже подпадают под Три Характеристики, такая деятельность даёт относительно стабильное и безопасное удовольствие, оно глубже удовлетворяет и насыщает, чем действия, связанные с производством и потреблением обычных чувственных удовольствий.

Так что, если вы имеете своей целью счастье в рамках циклов изменений, вы в создании такого счастья должны ориентироваться на щедрость, добродетель и психическую поглощенность. А если вы стремитесь к счастью, выходящему за рамки изменений, эти же виды деятельности помогут вам, способствуя ясности ума, которая необходима для Пробуждения. В любом случае, их стоит освоить как навыки. Это ваш основной набор инструментов, так что держите их под рукой и содержите в хорошем состоянии.

Что касается других удовольствий и горестей — тех, что связаны с чувственностью, да и просто с обладанием телом и сознанием — они могут служить областью применения ваших инструментов, сырьём для различения, которое ведёт к Пробуждению. Тщательно изучая их в свете Трех Характеристик — чтобы увидеть каким именно образом они непостоянны, тягостны и не имеют отношения к «я» — вы станете менее склонны продолжать производить и потреблять их. Вы увидите, что ваша навязчивая тяга создавать их происходит исключительно от голода и неведения, проявляющихся в состояниях страсти, отвращения и заблуждения. Когда такое понимание приведет к бесстрастию — как к создаваемому опыту, так и к процессу его производства — вы встанете на путь четвертого вида каммы, ведущий к Бессмертному.


На этом пути вас ждут два поворотных пункта. Первый — когда устраняется вся страсть и отвращение к чувственным удовольствиям и страданиям, и вы сохраняете привязанность только к удовольствию сосредоточения. В этот момент вы начинаете изучать удовольствие сосредоточения в свете тех же Трех Характеристик, которые вы использовали в созерцании чувственного опыта. Трудность здесь в том, что вы так привыкли полагаться на прочность вашего сосредоточения, что не хотите искать в нём недостатки. И в то же время, непостоянство сосредоточенного ума гораздо тоньше, чем непостоянство чувственного опыта. Но как только вы преодолеете нежелание искать это непостоянство, день, когда вы его обнаружите, несомненно, настанет. И тогда ум можно будет направить к Бессмертному.

Это второй поворотный пункт. Как указывают тексты, когда сознание соприкасается с Бессмертным, оно рассматривает его как предмет сознания — дхамму — и создаёт по отношению к нему чувства страсти и удовольствия. Измышленное чувство личности, которая производит и потребляет эту страсть и удовольствие, помешает полному Пробуждению. Тут логика Трех Характеристик предстаёт в новом свете. Их исходная логика — «Все, что непостоянно — тягостно; всё, что тягостно — не-я» — оставляет возможность того, что все постоянное может быть

(1) приносит покой и

(2) является «я».

Первая возможность действительно важна: то, что постоянно – приносит покой; Бессмертное — это окончательный покой. Но вторая возможность — это не умелый способ отношения к постоянному: если вы вцепитесь в постоянное как в «я», вы застрянете в этой привязанности. Чтобы выйти за пределы пространства и времени, вы должны выйти за пределы производства и потребления «я», вот почему завершающим прозрением пути является заключение: «Все дхаммы — постоянные или нет — не-я».

Когда с помощью этого прозрения будет завершен труд преодоления страсти и удовольствия, связанного с Бессмертным, произойдёт Пробуждение. И в этот момент даже от пути можно отказаться, а Бессмертное останется, но уже не как предмет ума. Оно просто есть — предшествует конструированию пространства и времени, стоит отдельно от них. Всякое производство и потребление счастья приходит к концу, достигнуто вневременное благополучие. И поскольку все предметы ума оставлены ради этого счастья, вопросы постоянства и непостоянства, стресса и покоя, «я» и «не-я» больше не важны.

Итак, понимание изменений в контексте буддизма означает подход, который вполне основывается и на возможных последствиях усилий человека, и на основном желании человека — чтобы эти усилия не пропали впустую, чтобы изменения вели к счастью, неподвластному изменениям. Такое понимание сосредотачивает на развитии навыков, которые приводят к достижению подлинного счастья. При этом используются Три Характеристики — непостоянство, страдание, и не-я — не как абстрактные утверждения о природе существующего, а как стимул для овладения навыками и как нормы для оценки успеха в продвижении по пути. Используемые таким образом, Три Характеристики приводят к счастью, превосходящему и Три Характеристики, и деятельность производства и потребления, и пространство и время в целом.


Когда мы понимаем смысл Трех Характеристик, мы ясно видим, что прозрения о производстве и потреблении изменений, которые ошибочно приписывают Будде — это полуправда. Касательно производства: Хоть это и правда, что при достаточном терпении и настойчивости, из сырья текущего момента мы можем произвести что угодно, в т.ч. и удивительное разнообразие личностей, но настоящий вопрос — стоит ли это делать? Из-за навязчивой склонности производить и потреблять изменчивые удовольствия и «я» мы лишаем себя свободы, и, тем не менее, изменения можно использовать, чтобы бежать из этой тюрьмы к свободе счастья, которое превосходит пространство и время. Хотим ли мы воспользоваться этой возможностью — или лучше проводить время, выдувая мыльные пузыри, глядя, как они переливаются всеми цветами в солнечном свете, проникающем через окошки наших тюремных камер, пытаясь извлечь из этого занятия хоть какую-нибудь радость прежде, чем пузыри лопнут?

Этот вопрос связан с мудрым отношением к потреблению: Использовать опыт наилучшим образом не означает заглатывать его целиком или выжимать из него всё до последней капли. Это значит воспринимать удовольствия и горести, которые он приносит, не как самоцель, а как инструменты Пробуждения. Каждое мгновение мы получаем сырьё — иногда привлекательное, иногда нет. Вместо того чтобы восторженно прижимать его к себе или с отвращением отбрасывать, мы можем научиться делать из него ключи, которыми можно открыть двери тюрьмы.

А что касается мудрости о непривязанности к результатам своих действия, в контексте буддизма это имеет смысл, только если мы глубоко заинтересованы в результатах своих действий и хотим овладеть причинно-следственными процессами, которые ведут к подлинной свободе. Другими словами, мы не можем как дети надеяться, что наши действия — умелые или нет — всегда приведут к немедленному счастью, что всё, что мы сунем в замок, само собой отопрёт дверь. Если то, что мы сделали, было неумелым и привело к нежелательным результатам, мы должны признать свои ошибки и выяснить в чём состоят эти ошибки, чтобы узнать как поступить правильно в следующий раз. Чтобы смотреть на результаты своих действий объективно, мы должны иметь терпение — тогда мы будем способны учиться, узнаем, какие ключи не отпирают дверей, узнаем, как изготовить ключ, который дверь отопрёт.

При таком подходе мы сможем использовать большую часть изменений в развитии навыков, которые освобождают из тюрьмы бесконечного производства и потребления. Освободившись, мы достигаем счастья, которое настолько подлинно, что выходит за рамки вопроса, который нас к нему привёл. Больше нет ничего, что мы должны сделать; наши чувства «я» и «моё» отвергнуты; даже «долговременное» теряет смысл во вневременности. Это счастье абсолютно не связано с представлениями о счастье в рамках пространства и времени. Совершенно не зависит от предметов ума. Неподдельное и неизменное, неограниченное и чистое; как говорят тексты, оно лежит за пределами «всего».

Вот о чём «весь этот буддизм».



Автор текста: Тханиссаро Бхиккху
Перевод: ае
Источник: https://www.dhammatalks.org/books/PurityOfHeart/Section0008.html
Традиция Тхеравада. Буддаяна


Это перевод статьи из сборника «Purity of Heart — Essays on the Buddhist Path».
Текст можно копировать, переформатировать, распечатывать, публиковать – распространять любым способом при условии, что 1) он будет доступен безвозмездно; 2) все копии и производные от текста (включая переводы) сохранят ссылку на первоисточник; 3) во всех копиях и производных будет сохранён текст этой лицензии. В остальном, права принадлежат автору оригинала.  
….


Previous Обучение состраданию - Тханиссаро Бхиккху
Next Как мы можем любить наших врагов? - Сантидхаммо Бхиккху

Об авторе

Вам также может понравиться

Лекции

Скользкий путь Махаяны. Краткий обзор

Последователи Махаяны считали, что Дхамма Будды должна быть «переработана» вследствие смены времён. Однако они не учли, как могут абсолютные и объективные законы мира открытые Буддой, быть «переработаны» или «исправлены»?…

Sila. Начальный уровень

Закон каммы (кармы) в буддизме: ложное понимание и правильная интерпретация

С докладом выступил монах буддийского направления Тхеравада Панньяавудхо Топпер бхиккху. Доклад носил название «Закон каммы (кармы) в буддизме: ложное понимание и правильная интерпретация».

Обзоры и разное другое

Формы женского монашества в буддизме Тхеравады

Представительницы различных форм женского монашества в буддизме Тхеравады принимают на себя различное количество обетов, есть ряд объединяющих их признаков. Таковыми являются: неукоснительное соблюдение целибата; подаяние как единственно возможная форма добывания средств существования.