Пустота и чистая осознанность — Бхиккху Амаро

Пустота и чистая осознанность — Бхиккху Амаро


Записано во время беседы в ходе зимнего
ретрита в Chithurst, Великобритания, 1991

Когда Будда достиг преклонных лет, он сказал: «Это тело как старая повозка, скреплённая ремнями, продолжает ехать, пока её латаешь. Я могу чувствовать себя комфортно, только концентрируя свой ум на беспредметности»

Все мы, включая Будду, сталкиваемся с неизбежным присутствием недовольства и физического дискомфорта. Нам ежеминутно грозит опасность занемочь или испытать боль, просто потому что мы появились на свет. Физическое рождение влечет физическое разрушение, эти вещи происходят вместе, они слито воедино. Поэтому нашим единственным истинным прибежищем может стать только Бессмертие, приход к тому, что не подвержено болезням, загрязнениям, неподвластно времени или ограничениям, не нуждается в поддержке. Таким образом, возвращаясь к нашему источнику, Бессмертие — единственный способ исцелить болезнь, выйти за её пределы.

Это возвращает нас к Истоку, или осознанию Бессмертия, чувству понимания источника, происхождения нашей жизни. Поскольку в этом заключена сама материя нашей жизни, основа нашего существования, оно влечет нас всю жизнь, нас притягивает Истина, Реальное, полностью удовлетворяющее и безопасное.

В детстве мы существуем на уровне инстинктов, еда, комфорт и игрушки отвлекают нас и заслоняют духовную сторону жизни. Затем, позднее, им на смену приходит удовлетворение общением, деятельностью, машинами, амбициями и прочими делами мирского существования. Однако эта «тяга» в основе имеет духовную мотивацию.

Нас отвлекают поиски богатства, материального благополучия, постоянных счастливых отношений. Но есть причина, по которой все эти вещи не завершают картину: на самом деле это не настоящая опора, поскольку они непостоянны; сердце подсказывает нам, что это не основная дорога, а лишь просёлочная. Если вы отправитесь в длинное путешествие и поедете объездным путем, вы встретите по дороге массу интересных вещей. Но лишь прибыв в место назначения вы почувствуете, что теперь вы в безопасности, все в порядке и вы дома.

Даже если вы следуете объездным путем, в вашем сердце сохраняется ощущение: «Ну, пройду еще немного дальше», «Ммм… это все интересно, но все-же здесь чего-то не достает, что-то не так, это еще не конец».

Тяга к истине фундаментальна. Это влечение к реальности, основная материя существования. Это главный закон природы, живой закон, который управляет вселенной. Гравитация, притягивающая все к Истине, к центру, основной закон жизни. И если мы ощущаем эту тягу, осознаем её духовную природу и принимаем идею того, что жизнь принципиально и полностью духовна, как только все это проясняется в нашем сознании, задача упрощается и достижение Цели становится неизбежным.

Когда мы говорим о Бессмертии, или об Абсолюте, или Цели или Других Берегах, при попытках охватить это в уме образуется провал. Даже говоря о Ниббане, «угасании», «остывании», «невозмутимости», мы не пользуемся яркими, эмоциональными терминами, все это слегка пресно и маловыразительно. Говоря о пустоте: реализации Абсолютной Истины или нашей истинной природе, реализации чистого сознания, в котором отсутствуют понятия, мы описываем «Совершенную пустоту».

Мы пользуемся такой терминологией не буквально — когда предметный (концептуальный) ум пытается постичь высшую реальность, которую нельзя уложить в шаблон, он считает, что внутри нее нет предметов. Это, как если бы вы прихватили книгу на китайском языке, не умея читать на китайском. Возможно, книга полна прекрасных учений и глубоких истин, но пока вы не освоите иероглифы, она бесполезна. Попытки предметного ума охватить природу божественного, Высшую Истину схожи с этим примером.  Мыслящий разум говорит: «Ну, что это?» «Как вы можете описать это?» «Где это?» «Я — это?» «Разве я не это?» Он двигается наощупь, стараясь за что-то зацепиться. Таким же образом мыслящий ум терпит поражение, пытаясь прочитать книгу на китайском или деванагари или ином другом языке, владея лишь английским.

Так, поскольку для концептуального сознания переживание Абсолютной Истины не имеет формы, его можно описать как «пустоту». Но беспредметный просвещённый ум осознает Истину саму по себе. Чистый ум, осознающий свою природу. Когда ум совершенно ни к чему не привязан, нет идентификации, чувства самоощущения, он остаётся спокойным и чистым, осознающим лишь свою природу.   Дхамма осознаётся как собственная природа.  Есть осознание того, что Дхамма — это вообще всё, но осознание невербальное, беспредметное, какое концептуальный ум называет пустым. Но сама по себе, его истинная природа очевидна, понятна, ясна.

Это источник нашей жизни, основа нашей реальности. Мира людей и вещей, суеты, того, что мы называем выраженным миром, миром обусловленного или чувственного. Будда учил исходя из взаимосвязи между обусловленным и необусловленным, абсолютным и относительным, самутти сачча и параматтха сачча, обыкновенной (условной) и высшей истиной. Буддистская практика во-многом учит понимать связь между этими двумя аспектами сущего.

Когда мы видим ясно, когда мы осознаем Необусловленное, чей поток гармоничен и красив, это помогает нам гармонично и красиво привести ум назад к Несотворенному. Все религиозные действия, учения, произведения искусства стремятся к гармоничным и чистым формам, влекущим ум к постижению тишины, спокойствия, чья чистота находится позади всех вещей.  Также происходит, когда мы поем: хотя сам звук сам по себе очень красив, его реальное назначение заключено в том, что он подводит ум к восприятию тишины Высшей Истины, которая лежит в основе звука, пронизывает звук. Вот почему некоторые музыкальные или художественные произведения останавливают мышление или наполняют сердце теплотой и светом, ощущением блаженства и красоты, это религиозное переживание. Так оно и есть, искусство — это религиозный опыт. Вот для чего оно нужно.

То же самое можно сказать и про взаимоотношения с людьми: если мы пытаемся найти счастье просто на уровне личности, пробуем отыскать полностью удовлетворяющие нас идеальные отношения лишь на внешнем уровне, то получаем излияние самости (собственных чувств). В результате мы имеем наши проекции того, как другой человек должен вести себя, чтобы сделать нас счастливыми.

Подобное встречается не только в романтических взаимоотношениях, но и в монашеской жизни, особенно когда речь идет об ученике и учителе. Если у вас есть четкое представление об учителе — каким ему следует быть, что он должен говорить и делать, а что не нет — вы разграничите себя и его. В конечном итоге вы будете испытывать огромную радость и энтузиазм от связи с этим человеком, когда он будет говорить вам приятные вещи, гладить по голове и хвалить. И напротив, вы наполнитесь страшным раздражением, испытаете разочарование, обиду и гнев, когда он делает то, что вам не нравится, не вписывается в свой образ, созданный вами, или не соответствуем вашим ожиданиям. Глубокая преданность и привязанность очень легко переходит в мощную жажду разрушения и насилия.

В древнегреческой мифологии Афродита и Арес были любовниками, будучи в то же время богиней любви и богом войны. Это очень показательно для человеческого существования, в котором страсть легко переходит от влечения к отвращению. Она слепа как в первом, так и во втором случае. Говорят, что 90 % всех убийств имеет сексуальный аспект, хотя эта статистика удивляет. Но вы можете понять, почему это так. Вы видите, почему, когда у нас есть четкие ожидания или представления друг о друге, которые застревают на личностном уровне, то в конечном итоге мы приходим к какой-то неудовлетворенности. Это должно быть так, поскольку истинное удовлетворение можно найти только, видя то, что находится за пределами личности, за смыслом «я» и «ты».

Преданность учителю, гуру, или влюбленность — всё это в некотором смысле религиозные переживания. Практикуя преданность, мы порождаем чувство любви, потому что в этом чувстве мы теряем идентичность, свое ощущение «я». Влюбляясь, мы забываем себя, поскольку мы полностью растворяемся в другом человеке. Он становится самым важным, ощущение «Я» исчезает. Блаженное чувство влюбленности сродни религиозному переживанию, нет самоощущения, есть полное счастье.

Это счастье обусловлено, поскольку оно зависит от присутствия других людей, их привязанности, их прочной заинтересованности в чём-либо. Но в краткий текущий момент чистого романтического контакта самоощущение исчезает, остается лишь блаженство. В книге «Унесённые ветром» есть интересный эпизод, когда Скарлет О’Хара и Ретт Батлер целуются: Ей показалось, что весь мир исчез куда-то, и только они остались вдвоем, в безмерном и безвременном». Это очень распространенное описание мистических переживаний! Так мы видим на уровне личных отношений, когда происходит полный отказ от чувства собственного «я», и мы можем ощутить, по крайней мере, на мгновение, единение, целостность, удовлетворенность и совершенство.

Религиозный Путь — это принятие возможности достигнуть совершенного счастья и полноты бытия вне зависимости от наличия учителя, присутствия возлюбленного, хорошей работы, крепкого здоровья или чего-либо, и применение этой концепции в существующей реальности. Оно основано полностью на осознанности, мудрости и чистоте сердца; это не просто восторженное переживание прекрасной музыки или произведения искусства. Лишь, когда этот опыт основан на духовных свойствах и не зависит от чувственного мира, мы испытываем непоколебимость. В противном случае, даже при наличии переживания и полного переноса на мгновение, он неизбежно будет лишь бледной тенью, оставляя ощущение преходящего: «это не будет длиться вечно. Это, конечно, замечательно, но после концерта я должен идти домой, мне пора уходить, придётся расходиться, идти на работу, платить… »

Поэтому этот путь труден. Чтобы достичь незыблемого счастья, нам придётся отставить все вторичные псевдо-счастья (удовлетворения) в стороне. Мы должны подобно рептилии или насекомому скинуть свою прежнюю оболочку и оставить её позади. Мы должны поддерживать в нашей жизни готовность оставить старое. Не цепляться за нашу прежнюю «кожу», личность, старые достижения и привязанности.  В тот момент, когда насекомое или рептилия скидывают прежнюю оболочку, они становятся очень хрупкими, уязвимыми; их новая кожа мягка и нежна. Потребуется время, чтобы она затвердела и окрепла. Так и в нашем духовном развитии, когда мы оставляем что-то позади, отпускаем что-то, возникает чувство облегчения: «Ну, наконец-то я избавился от этого!». Однако, отбросив защиту собственного «я» и оказавшись лицом к лицу с реальной жизнью, мы ощущаем уязвимость.  

Мы делаемся открытыми, чувствительными к всецелой сущности нашей жизни, ко всему, что может быть нами испытано. И мы можем почувствовать страх или сомнение: «А что если попытаться залезть обратно в старую кожу? Пусть она не подходит и разваливается на куски, но, по-крайней мере, я буду хоть немного прикрыт, хоть чуточку защищён». Однако сердцем мы осознаем, что не можем сделать этого. Вы не можете нацепить свои детские одёжки, которые носили, когда вам было 5 лет. Возможно, найдётся пара пригодных вещиц — шарф или маленький браслет, однако, мы понимаем, что невозможно тащить за собой старую индивидуальность, прежние влюбленности, привязанности и проблемы, испытания и боли, плохое обращение.

Трудно оставлять позади вещи, которые нам нравились, но подчас труднее расстаться с тем, что причиняло нам страдания. Мудрый учитель однажды сказал: «Вы можете забрать у людей всё, кроме их страданий. Они будут цепляться за них до самой смерти». Мы понимаем, что должны все это отпустить, вне зависимости от того, как долго это длилось, как оплакивалось или причиняло боль. Оставить все позади. К этому нет возврата. По мере роста мы учимся становиться лицом к лицу с уязвимостью, быть открытыми неизвестному. Неизвестное пугает: мы не можем постигнуть его с помощью нашего опыта, описать, дать название, классифицировать, — и мы испытываем страх из-за самоощущения.

Неизвестное пугает до тех пор, пока остается чувства собственного Я. Становясь лицом к лицу с неизвестным, мы отбрасываем Я, тогда неизвестное перестает быть пугающим и становится загадочным, полным чудес. Ум пребывает скорее в состоянии удивления, а не страха. Это превращение освобождает, это наш путь.

Бхиккху Амаро — «Безмолвный дождь»

Перевод: Татьяна Ремизова
Источник: https://www.budsas.org/ebud/ebdha044.htm
….

Previous Бхиккху С. Дхаммамитта - Отказ от сектантства
Next Бханте Хенепола Гунаратана — Четыре основы внимательности. Простое руководство по медитации (аудио-книга)

Об авторе

Вам также может понравиться

Лекции

Размышление о патичча-самуппаде — Махаси Саядо

Эта Дхамма доступна только для мудрых, потому что она тонка и глубока. Мудрость означает прозрение в благородный путь и его цель — Ниббану. Дхамма не имеет ничего общего с обычными знаниями религиозных деятелей, философов или ученых, которые способны расщеплять атомы.

Лекции

Как научиться медитировать. Руководство по достижению покоя для начинающих

Как научиться медитировать. Руководство по достижению покоя для начинающих — крайне простая и понятная любому небольшая брошюра по практике.

Лекции

Па Аук Саядо — Практика развития доброты (метта-бхавана)

Для тех, у кого нет врагов, нет и необходимости посылать метту этой категории людей. У кого же они есть, возникает вопрос кому первому из врагов посылать метта? Вначале надо посылать метту тому, на которого вы гневаетесь только немного.