Размышление о патичча-самуппаде — Махаси Саядо

Размышление о патичча-самуппаде — Махаси Саядо


Эта Дхамма доступна только для мудрых, потому что она тонка и глубока. Мудрость означает прозрение в благородный путь и его цель — Ниббану. Дхамма не имеет ничего общего с обычными знаниями религиозных деятелей, философов или ученых, которые способны расщеплять атомы. При этом она может быть постигнута вне зависимости от пола, возраста и образования человека путем рассмотрения работы ума и материи (nama-rupa) в потоке их возникновения и исчезновения во время практики випассаны.

Прозрев в природу живых существ, Будда обнаружил, что они полностью поглощены чувственными удовольствиями. Лишь немногие, подобно пятерым отшельникам, жившим рядом с бодхисаттой до его Пробуждения, были свободны от тяги к страстям. Большинство же людей почитает их как наивысшую радость, подобно детям, готовых с утра до вечера развлекаться со своими игрушками.

Взрослым детские игрушки не интересны, однако и люди, чей ум развит, таким же образом относятся к чувственным радостями. Будды и араханты не наслаждаются ими, как люди или дэвы, не знающие ни вкуса джхан, ни випассан, ни Ниббаны. Так, для крестьянина из бедного селения его жизнь не кажется трудной, хотя избалованный горожанин пришел бы в ужас от бедной еды, одежды, грязи и всего сельского быта. Сами же селяне вполне счастливы и даже не думают покидать родные места. Так и люди полностью поглощены мирскими удовольствиями и страдают, будучи разлученными с ними. Они очарованы своими семьями, друзьями, собственностью, и из-за этой глубоко укорененной привязанности они не способны понять взаимозависимое возникновение и Ниббану.


Дхамма мало что значит для масс, потому что она диаметрально противоположна самой природе человеческого желания. Людям не милы даже обычные проповеди, не говоря уже о разговорах о Ниббане, если они лишены мелодичных распевов, сентиментальных историй или шуток. Только те, кто знаком с випассаной и интересуется путем к свободе от омрачений могут принять это.

Взаимозависимое возникновение трудно для осмысления, потому что говорит о причинах и следствиях. Ничто, никакое «я», не существует вне закона взаимозависимости. Истину о страдании, его причине и прекращении также сложно понять и тем более обучать ей других. Помимо этого, крайне нелегко постичь тот факт, что называемое существом — лишь процесс ума и материи, который способен поддерживать себя без какой-то отдельной личности, и что этот процесс обусловлен каммой. Камма и определяет будущее в зависимости от злых или добрых дел, совершенных так называемым существом ранее.

И, наконец, трудно представить, как происходит перерождение в отсутствии постоянного «я», обусловленное каммой и омрачениями, и при этом без «переселения» предыдущего потока ума и материи.

Поэтому практикующие должны прилагать особенное усердие для того, чтобы понять Дхамму. Ведь что такое неведение? Это незнание о Четырех благородных истинах. То, что является иллюзорным и ложным, воспринимается как правдивое и реальное. Это можно сравнить с тем, как странник спутал бы направление и вместо юга пошел на запад или наоборот. Точно так же запутавшийся человек имеет оптимистичный взгляд на жизнь, хотя она полна боли и отчаяния (dukkha). Ошибка искать истину о страдании в книгах, так как она пребывает в ваших теле и уме. Слышание, видение, словом, вся nama-rupa, возникающая в шести дверях чувств, есть тягота.

Существование непостоянно, неприятно и может оборваться в любой момент, однако люди считают его благословением и непрерывно ищут желанные вкусы, звуки, вкусную еду и прочее. Людские старания защитить то, что они считают хорошим, связаны с неведением (avijja). Неведение — это как если бы на лошадь надели зеленые очки и предложили есть сухую, увядшую траву, которая бы ей показалась зеленой и свежей. Люди же вместо зеленых очков носят розовые, обманутые своими желаниями. Они находятся в плену иллюзий относительно своих ума и материи, подобно слепому, которому продали уродливое платье, выдав его за красивое и дорогое одеяние. Слепой будет радостно носить его до тех пор, пока не обретет зрение и не увидит, какое тряпье ему навязали.

Прозрение в процесс ума и материи не имеет ничего общего с книжным знанием, но только с прямым постижением возникновения и исчезновения феноменов во время медитации. Постигнув это, йогин понимает три характеристики бытия: непостоянство, тягостность и безличность.

В действительности только невнимательность, отсутствие осознанности, приводит нас к концепциям («это мужчина, это женщина, это тело, это рука», и т. д.). Мы не видим, что, например, процесс видения это процесс ума и материи, который обладает всеми тремя характеристиками. Многие люди так и умирают, ничего не поняв о теле и о сознании, потому что не развивали осознанность. Если во время медитации практикующий ощущает зуд, он не имеет представления о частях тела и о «я», испытывающим зуд, но лишь видит это как чувство зуда, которое всё время возникает и распадается. Здесь нет места концепциям.

Иллюзия затмевает взор, делая объекты приятными, а не тягостными каковы они в реальности. Считая их приятными, человек начинает гоняться за ними, создавая все новые и новые намерения (конструкции или sankhara). Они имеют своей предтечей неведение, подпитываемое жаждой и захваченностью. Эти факторы являются причиной всех страданий, но мало кто понимает это: напротив, люди склонны наслаждаться жаждой, ища всё новых удовольствий (еды, компании, красивых видов и т.д.), и чувствуя боль, не находя всего этого. Без привязанностей жизнь кажется им монотонной.

Но для араханта уже нет возможности наслаждаться жизнью из-за того, что он полностью изгнал привязанность из своего сердца. Он все время склоняется к Ниббане, прекращению конструкций.

Йогин, который практиковал випассану, тоже уже не наслаждается жизнью так, как раньше. Вернувшись домой, он часто испытывает скуку от тех вещей, что прежде так привлекали его. Ему не интересно общаться со своей семьей, с друзьями, и они начинают считать его надменным, хотя на самом деле это не высокомерие, а потеря интереса к мирским делам. Тем не менее, если он не уничтожил жажду целиком, эта скука лишь временное явление, и его близким не стоит слишком беспокоиться.

Необходимо быть честным с собой и отдавать себе отчет, насколько полным было это разочарование в мире. Если желание чувственности еще осталось, нужно признаться, что ты всё ещё в тисках жажды.



Перевод: Evgenia Evmenenko
Источник: A Discourse on Dependent Origination
By Ven. Mahasi Sayadaw Translated by U Aye Maung.
….

Previous Скользкий путь Махаяны. Краткий обзор
Next Все существа являются владельцами своей каммы - Леди Саядо

Об авторе

Вам также может понравиться

Медитация

Суан Моккх. Сад освобождения — Сантикаро Бхиккху

Забавно, но попытки вернуться к прежним дням часто воспринимаются как неортодоксальные или еретические. Как правило в качестве основы для сравнения люди принимают удобный для них статус-кво, а не первоначальное учение.

Лекции

Подлинность палийских сутт — Тханиссаро Бхиккху

Может быть, нам следовало бы испытать методы историков и увидеть в неопределенности их заключений признак неадекватности исторического метода, когда он используется в качестве инструмента, помогающего удостовериться в Дхамме.

Лекции

Оригинальный Буддизм. Тхеравада: первоначальное учение Будды. Буддаяна

Так вот, здесь, наконец-то, вы найдете ясность среди путаницы — здесь вы найдете принципы, которым учил сам Будда, так как это записано в Сутрах. Мы хотим пойти к Источнику, к Первоисточнику.