Буддизм в двух словах — Нарада Махатхера

Буддизм в двух словах — Нарада Махатхера


Глава 1. Будда

Nамо Tassa Bhagavato Arahato Samma-Sambuddhassa

На полнолуние, в маe, в 623 г. до н.э., родился в Непале в семье Сакья принц по имени Сиддхартха Гаутама, которому было суждено стать величайшим религиозным учителем в мире. Воспитанный в окружении роскоши, образованный, как и подобает принцу, он вступил в брак. У него родился сын.

Его созерцательность и безграничное сострадание не позволили ему пользоваться мимолетными материальными наслаждениями королевской семьи. Он не знал горя, но испытывал глубокое сострадание к скорбям людей. Среди комфорта и процветания он понял, что означает печаль. Дворец со всеми мирскими развлечениями больше не радовал сострадательного принца: настало время, чтобы уйти. Понимая тщетность чувственных наслаждений в свои двадцать девять лет, он отказался от всех мирских удовольствий, облачился в простую желтую одежду аскета, и в одиночку, без гроша в кармане, ушел на поиски истины и покоя.

Это отречение — беспрецендентный случай в истории, так как это произошло не старости, а в самом расцвете зрелости, и не в бедности, а в богатстве. В те древние времена верили, что невозможно достичь освобождения, если не вести жизнь в строгой аскезе. Сиддхартха Гаутама познал все формы строгой аскезы. «Следование бдению после бдения, и следование покаянию после покаяния» — так он совершал сверхчеловеческие усилия 6 долгих лет.

Его тело превратилось почти в скелет, и чем больше испытывало мучений его тело, тем дальше цель ускользала от него. Мучительные и безуспешные аскезы, которые он усиленно практиковал, оказались абсолютно бесполезны. Благодаря личному опыту Сиддхартха Гаутама удостоверился в полной тщетности самоистязаний, поскольку они ослабили его тело и дух.

Польза этого бесценного опыта заключается в том, что он последовал независимому курсу, избегая крайностей, таких как: потворство своим желаниям и самоистязание. Первая крайность задерживает духовный прогресс, вторая — ослабляет интеллект. Новый путь, который он сам обнаружил — это Срединный Путь, Majjhima Patipada, который впоследствии стал одним из выдающихся характеристик его учения.

В одно счастливое утро, во время глубокого погружения в медитацию, и исключительно опираясь на свои мудрость и усилия, Сиддхартха Гаутама достиг Просветления. Он искоренил все омрачения, и в возрасте 35 лет, будучи не от рождения Буддой — стал им, путем собственных усилий.

Являясь совершенным воплощением всех добродетелей, он проповедовал, наделенный глубокой мудростью, соразмерной с его беспредельном состраданием. Будда посвятил остаток своей драгоценной жизни, чтобы служить человечеству как примером, так и наставлением без каких — либо субъективных мотивов.

Пробужденный или Просветленный

После очень успешного служения в течении 45 долгих лет Будда, как и любой другой человек, не устоял перед неумолимым законом изменения и скончался на 80-м году жизни, призывая своих учеников считать его Учение своим учителем.

Будда был человеком. Как человек, он родился, как человек, он жил. Как жизнь человека подходит к концу — так и его жизнь подошла к концу. Будучи человеческим существом, он был необыкновенным (Acchariya Manussa — наставник), но никогда не приписывал себе божественность. Будда делал акцент на этом важном моменте, и здесь нет места для заблуждений тому, кто мог думать, что он был бессмертным божественным существом. К счастью, в случае Будды нет обожествления.

Следует, однако, заметить, что не было учителя, который был бы «безбожным, как Будда, но все же богоподобным».

Будда не является ни воплощением индуистского бога Вишну, как полагают некоторые, ни спасителем, который освободился и освобождает других. Будда призывает своих учеников к тому, что освобождение зависит от самого, так же как и чистота и скверна.

В разъяснениях с последователями Будда подчеркивал важность опоры на собственные силы и индивидуального стремления, он утверждал прямо: «Вы должны приложить собственные усилия, Татхагаты — лишь только учителя.»

Будды указывают путь, и остается следовать по этому пути, чтобы получить очищение. Полагаясь на других, нельзя спастись, но можно — лишь полагаясь на себя самого. Полагаться на иные способы означает капитуляцию собственных усилий.

Увещевая своих учеников быть самостоятельными, Будда говорит в Париниббана Сутте: «Будьте островом сами себе, будьте Прибежищем сами себе, не ищите Прибежища в других». Эти знаменательные слова воодушевляют. Они показывают — цель достигается способом собственных энергично прилагаемых усилий, и что поверхностно и бесполезно искать освобождения у добрых спасителей, умоляя о иллюзорном счастье в жизни после смерти через умилостивление мнимых богов, или через безответные молитвы и бессмысленные жертвы. Кроме того, он не утверждает того, что достижение состояния Будды является привилегией для какого-то особенного, достойного этого, человека.

Будда достиг максимально возможного состояния совершенства. Любой человек может к этому стремиться, так как не утаивая ничего в закрытой ладони, учитель показал прямой путь, который ведет к этому состоянию. Согласно Учению Будды, каждый может достичь совершенства, прикладывая необходимые собственные усилия. Будда не осуждает людей, называя их жалкими грешниками.

Напротив, он радует их, сказав, что они чисты сердцем в принципе. Согласно его взглядам, мир не нечист, но введен в заблуждение невежеством. Вместо впадания в уныние последователей и стремления к сохранению своего возвышенного положения применительно только к самому себе, Будда призывает и побуждает их следовать своему примеру, во всех скрыта способность достичь состояния Будды.

В этом смысле все являются потенциальными Буддами. Того, кто стремится стать Буддой, называют Bodhisatta, который, буквально, означает мудрое существо. Этот идеал бодхисатты является самым красивым и наиболее совершенным курсом жизни, который когда-либо являлся в этом эгоцентрическом мире, поскольку что может быть более благородным, чем жизнь в служении и непорочности?

Будучи человеком, он достиг состояния Будды и объявил миру о скрытых немыслимых возможностях и созидательном потенциале человека. Взамен признания верховного положения невидимого Всемогущего Бога над человеком, который произвольно управляет судьбами человечества, и что делает его подчиненным его власти, Будда возвысил ценность людей.

Он учил, что человек может обрести свое спасение и очищение собственными усилиями и без зависимости от внешнего Бога или посредничества священников. Именно он преподал эгоцентрическому миру благородный идеал самоотверженного служения. Именно Будда восстал против унизительной кастовой системы и учил равенству человечества, равным возможностям для всех в любой группе общества. Он провозгласил, что врата успеха и процветания открыты для всех в любой жизни, высшей или низкой — святым или преступникам, кто пожелал бы как с чистого листа стремиться к совершенству.

Независимо от касты, цвета или ранга, достойным мужчинам и женщинам Будда предписывал обет безбрачия. Он не вынуждал своих последователей быть рабами по отношению к Учению или к себе, и предоставлял полное свободомыслие. Будда находил слова утешения для скорбящих, помогал покинутым больным и бедным, о которых не заботились. Жизни введенных в заблуждение облагораживались, жизни преступников становились чистыми.

Будда ободрял немощных, объединял разделенное, просвещал невежественных, давал ясные разъяснения мистикам, наставлял находящихся во мраке предрассудков, возвышая основы, достойные для благородного человека. Как богатые, так и бедные, как святые, так и преступники — одинаково любили его. Деспотичные и праведные цари, как знаменитые, так и безвестные принцы, аристократы, щедрые и скупые миллионеры, надменные и смиренные ученые, обездоленные, нищие, неимущие мусорщики, убийцы, презираемые куртизанки — всем приносили пользу его слова мудрости и сострадания.

Благородный пример Будды был источником вдохновения для всех. Его безмятежный и умиротворенный лик был умиротворяющим зрелищем для благочестивых глаз. Его послание мира и терпимости было встречено всеми с неописуемой радостью, и оно несло непреложную пользу для всех, кто имел счастье узнать об учении и практиковать его.

Везде, где учение Будды проникло, оно оставило неизгладимый отпечаток на отличительных признаках соответствующих народов. Культурное развитие всех буддийских наций было главным образом обусловлено его возвышенным учением.

Фактически все буддийские страны, такие как Цейлон, Бирма (Мьянма), Таиланд, Камбоджа, Вьетнам, Лаос, Непал, Тибет, Китай, Монголия, Корея, Япония и др., выросли в колыбели буддизма. Хотя более чем 2500 лет прошло с момента ухода этого величайшего Учителя, его уникальная личность оказывает сильное влияние на всех, кто имеет представление о нем. Его железная воля, глубокая мудрость, вселенская любовь, безграничное сострадание, бескорыстное служение, историческое отречение, идеальная чистота, притягивающая личность, достойные подражания методы, используемые для распространения учения, и его окончательный успех — все эти факты призвали примерно одну пятую населения мира признать Будду своим величайшим учителем.

Отдавая дань уважения Будде, Шри Радхакришнан говорит:

«В лице Гаутамы Будды, мудреца с востока, которого никто не смог превзойти, мы признаем, насколько широко и глубоко его влияние на мысль и жизнь человеческого рода как духовного основателя религиозной традиции, которая распространена не менее, чем любые другие. Он принадлежит истории мировой мысли, всеобщему наследию всех культурных людей. Судя по интеллектуальной целостности, развитой нравственности, духовному прозрению, он, несомненно, является одной из величайших фигур в истории».

В книге «Три величайших человека в истории» Герберт Уэллс пишет:

«В Будде мы видим несомненно человека — бесхитростного, благочестивого, уединенного, в борьбе за просветление — он не мифическая, но яркая человеческая личность. Он давал послания человечеству универсального характера. Многие из наших лучших современных идей находятся в полной гармонии с ними. Все несчастья и неудовлетворенность, как он учил, исходят от эгоизма. Чтобы достичь безмятежности, человек должен перестать потакать своим собственным чувствам. Тогда он становится возвышенным существом.

Будда различными словами призывает людей к бескорыстию за 500 лет до рождества Христа. В некоторых отношениях он ближе к нам и к нашим потребностям. Учение Будды было более прозрачным и значительным для человека, чем учение Христа, так как было менее двусмысленным на вопрос о личном бессмертии».

Сент-Илер отмечает: «Он проповедует совершенные добродетели. Его жизнь не запятнана».

Фаусбёлль: «Чем больше я знаю о Нем, тем больше я люблю Его».

Смиренный последователь мог бы сказать: «Чем больше я знаю Его, тем больше я люблю Его; чем больше я люблю Его, тем больше я знаю Его».

Глава 2. Дхамма как философия

Миролюбивая, нравственная, философская система, которую проповедовал Будда, не требует от ее сторонников слепой веры, не содержит догм, не поощряет суеверные обряды и церемонии, но придерживается золотой середины, ведущей ученика через безупречную жизнь и безупречное мышление к высшей мудрости и избавлению от зла. Этот путь называется Дхамма, и обычно он известен как «буддизм».

Благословенный Будда скончался, но возвышенная Дхамма, которую он безоговорочно завещал человечеству, до сих пор существует в ее первозданной чистоте. Хотя Учитель не оставил никаких письменных записей своих учений, его выдающиеся ученики сохранили их в своей памяти, и передавали их в устной форме из поколения в поколение.

Сразу же после его кончины 500 ведущих Архатов, сведущих в Дхамме и Винае — провели собрание, чтобы сохранить учение таким образом, как его первоначально проповедовал Будда. Почтенный Ананда, пользующийся привилегией слушания всех бесед, декламировал Дхамму, почтенный Упали — Винаю.

Типитака была составлена и систематизирована теми опытными архатами. Во время царствования благочестивого сингальского короля Ваттагамани Абхая около 83 г. до н.э., Типитака была впервые в истории буддизма записана на пальмовых листьях на Цейлоне. Объемная Типитака, содержащая суть учения Будды, приблизительно в одиннадцать раз больше Библии. Поразительный контраст между Типитакой и Библией заключается в том, что у Типитаки нет продолжения, как у Библии.

Как и подразумевает само слово, Типитака состоит из Трех корзин: корзина дисциплины Виная Питака (Vinaya Pitaka), корзина дискурсов (речей Будды) Сутта Питака (Sutta Pitaka) и корзина наивысшей доктрины Абхидхамма Питака (Abhidhamma Pitaka).

Виная Питака.

Виная Питака рассматривается как пласт дисциплинарных правил на разные случаи, как регламент, установленный Буддой для исторически старейшего ордена — Сангхи — монахов (бхиккху) и монахинь (бхиккхуни), соблюдающих безбрачие. В Винае Питаке в деталях, последовательно описано устройство буддийской общины. Также содержатся сведения о жизни и служении Будды. Косвенно Виная Питака раскрывает некоторые важные и интересные сведения о древней истории, индийских обычаях, искусстве, науке и др.

Виная Питака состоит из пяти книг:

Вибханга (Vibhanga) — книга сокровищ:

1. Параджика (Parajika) — тяжкие преступления.
2. Пачитта (Pacittiya) — незначительные правонарушения.

Кхандака (Khandaka):

3. Махавагга (Mahavagga) — большой раздел.
4. Куллавага (Cullavagga) — короткий раздел.
5. Паривара (Parivara) — суть дисциплины.

Сутта Питака.

Сутта Питака состоит в основном из дискурсов, с которыми выступил сам Будда по различным поводам. Есть также несколько дискурсов, в которые включены беседы выдающихся учеников Будды, таких как почтенный Сарипутта, Ананда, Могаллана и т.д.

Это походит на книгу предписаний, поскольку проповеди, воплощенные там, были разъяснены, чтобы удовлетворить разным случаям и характерам различных людей. Возможны, казалось бы, и противоречащие заявления, но они не должны быть неверно истолкованы, поскольку они были подходяще произнесены Буддой, чтобы удовлетворить конкретной цели: например, по одному и тому же вопросу Будда хранил молчание, когда вопрошающий просто глупо любопытствовал, или давал подробный ответ, если он знал, что вопрошающий был искренним искателем.

Большинство из проповедей были предназначены главным образом в интересах бхиккху, живущих святой жизнью по изложенной доктрине. Есть также несколько других дискурсов, которые предназначены для нравственного прогресса мирских последователей.

Эта Питака делится на пять никай [или агам] или собраний:

1. Дигха Никая (Digha Nikaya) — собрание длинных лекций.
2. Мадджхима Никая (Majjhima Nikaya) — сборник средних лекций.
3. Самъютта Никая (Samyutta Nikaya) — сборник сходных высказываний.
4. Ангуттара Никая (Anguttara Nikaya) — сборник бесед, структурированных в соответствии с номерами, по порядку.
5. Кхуддака Никая (Khuddaka Nikaya) — многочисленные собрания коротких лекций.

Пятое собрание подразделяется на пятнадцать книг:

1. Кхуддака Патха (Khuddaka Patha) — краткие уроки мирянину.
2. Дхаммапада (Dhammapada) — путь истины (стезя добродетели).
3. Удана (Udana) — вдохновенные высказывания.
4. Итивуттака (Itivuttaka) — лекции «так было сказано».
5. Сутта Нипата (Sutta Nipata) — избранные лекции.
6. Вимана Ваттху (Vimana Vatthu) — истории о небесных чертогах.
7. Пета Ваттху (Peta Vatthu) — истории об адских духах.
8. Тхерагатха (Theragatha) — стихосложения старцев.
9. Тхеригатха (Therigatha) — стихосложения стариц.
10. Джатака (Jataka) — истории о предыдущих рождениях.
11. Ниддеса (Niddesa) — сборник толкований.
12. Патисамбхида-магга (Patisambhida Magga) — аналитические знания.
13. Ападана (Apadana) — жития святых Арахантов.
14. Буддхавамса (Buddhavamsa) — история жизни Будды Гаутамы.
15. Чарья Питака (Cariya Pitaka) — малая корзина о добродетелях.

Абхидхамма Питака.

Абхидхамма Питака является наиболее важным разделом и наиболее интересным из трех, поскольку передает глубокую философию учения Будды, в отличие от простых разъясняющих бесед в Сутта Питаке. Сутта Питака считается более светским учением (vohara desana), Абхидхамма Питака — верховным законом (paramattha desana).

Для мудрых Абидхамма — непреложное руководство, для духовно развитых — интеллектуальное обогащение, для ученых — пища для размышления. В ней дано точное определение уму. Процессы мышления проанализированы, классифицированы и определены главным образом с этической точки зрения. Перечислены состояния ума.

Составные части сознания детально анализированы. Возникновение мысли описано в подробностях. Проблемы, которые интересуют человечество, но не имеющие никакого отношения к очищению, преднамеренно обойдены. Рассмотрена материя: основные формы материи, свойства, источники; объяснена связь между умом и материей.

Абхидхамма исследует ум и материю — два композитных фактора так называемого существования в целях понимания вещей такими, какими они являются на самом деле. Доктрина была развита в этих направлениях. На данной доктрине базируется развернутая этическая система для реализации основной цели — Ниббаны.

Абхидхамма состоит из семи книг:

1. Дхаммасангани (Dhammasangani) — классификация явлений.
2. Вибханга (Vibhanga) — книга анализа.
3. Катхаваттху (Katha-Vatthu) — спорные вопросы.
4. Пуггалапаннатти (Pubbala-Pannatti) — описание личностей.
5. Дхатукатха (Dhatu-Katha) — книга дискурса об элементах.
6. Ямака (Yamaka) — взаимосвязанные проблемы (или книга пар).
7. Паттхана (Patthana) — книга обусловленных связей.

В Типитаке каждый находит «и молоко для младенца и мясо для сильного», поскольку Будда преподавал свою доктрину как массам, так и интеллигенции. В этих текстах хранится Возвышенная Дхамма, согласующаяся с истиной и фактами, не затрагивающая теорий и философии, которые могут быть приняты за глубокие истины сегодня для того, чтобы быть выброшенными за борт завтра.

Будда без новых поразительных философствований, которые бы изумляли, также не делал ставку на создание новой материальной науки. Он давал разъяснения в пределах того, что касается нашего освобождения, каков в конечном счете для нас уникальный путь к нему. В данном случае Он, однако, опередил многих современных учителей и философов.

Шопенгауэр в его «Мир как воля и представление» представил истину страдания и его причину с точки зрения Запада. Спиноза, хоть он и не утверждает существование вечной реальности, определяет, что все феноменальное существование преходяще и мимолетно. По его мнению, страдание может быть преодолено «открытием объекта познания, который не мимолетен, не эфемерен, но — неизменен, постоянен, вечен.»

Беркли доказал, что так называемый неделимый атом — метафизический вымысел. Юм, после неустанного анализа ума, сделал вывод, что сознание состоит из мимолетных умственных состояний. Бергсон отстаивает доктрину изменений. Профессор Джеймс ссылается на поток сознания.

Будда разъяснил все эти принципы — Непостоянство (Anicca), Страдание (Dukkha), и Бессамостность (Anatta) приблизительно 2500 лет назад, в то время, когда Он пребывал в долине Ганга. Подразумевается, что Будда не проповедовал все, что знал сам. Однажды, когда Будда проходил через лес, Он взял горстку листьев и сказал:

«O монахи, то, чему я вас учил, сравнимо с горстью листьев в моей руке.

То, чему я не учил — сопоставимо всем листьям в лесу».

Он учил тому, что считал совершенно необходимым для освобождения, не делая экзотерических и эзотерических различий в доктрине.

Что примечательно, Он был безмолвен в отношении вопросов, не соответствующих Его благородной миссии.

Буддизм, несомненно, согласуется с наукой, но их необходимо рассматривать в параллели с той позиции, что наука имеет дело главным образом с материальными установками, в то время как Буддизм ограничивается моральными и духовными истинами. Предметы и той и другой области отличаются.

Дхамма, которую Будда преподавал, не должна быть просто сохранена в книгах и изучаема с исторической или литературной точки зрения. Наоборот, она должна быть изучена и осуществлена в ходе повседневной жизни, поскольку без практики невозможно познать истину. Дхамма должна изучаться и больше воплощаться в жизнь; непосредственная реализация — конечная цель Дхаммы. Она сравнивается с плотом, который предназначен для единственной цели — уход из океана рождения и смерти (Самсары).

Буддизм поэтому определенно не может быть назван всего лишь философией, потому что это не просто «любовь к мудрости».

Буддизм, возможно, близок к философии, но намного более обширен. Философия же имеет дело, главным образом, со знанием и не касается практики, тогда как буддизм делает особый акцент на практике и реализации.

Палийский Перво-Канон, Типитака, Сутта-Питака

Глава 3. Буддизм как религия

Буддизм не является религией в том смысле, в котором это слово обычно понимается, ибо это не система веры и поклонения, обязывающая верить в сверхъестественное существо. Буддизм не требует слепой веры от его сторонников. Здесь попросту вера развенчана и заменяется на уверенность, основанную на знании, которая на пали известна как Saddha.

Уверенность последователя в Будде походит на уверенность больного в выдающемся враче, или студента — в его учителе. Буддист ищет Прибежище в Будде, потому что это был Тот, кто обнаружил Путь Избавления. Буддист не обращается к Прибежищу с надеждой, что он будет спасен личным очищением, исходящим от Будды. Будда не давал таких обязательств. Это не в пределах Его возможностей — смыть осквернения с других. Другого невозможно ни очистить, ни осквернить.

Будда, как Учитель, наставляет, но только мы сами ответственны за наше очищение.

Хотя буддист и ищет Прибежище в Будде, он не отказывается от собственных усилий. При этом буддист не жертвует своей свободой мысли, становясь последователем Будды. Он может проявить ему принадлежащую собственную добрую волю и развить собственное знание вплоть до становления самим Буддой.

Отправная точка Буддизма — способность к рассуждению и пониманию, или, другими словами, Samma-ditthi. Иcкателям истины Будда говорит:

«Не принимайте что-либо, основанное на молве (т.е. на основании того, что мы слышали это в течение длительного времени). Не принимайте что-либо просто в силу традиций — (т.е., на основании переданного через многие поколения). Не принимайте что-либо, основанное на слухах — (т.е., на веру то, о чем другие говорят без любого исследования). Не принимайте что-либо только потому, что это согласуется с вашими священными писаниями.
Не принимайте каких-либо предположений, каких-либо выводов. Не принимайте ничего просто потому, что это согласуется с вашими предвзятыми мнениями. Не принимайте что-либо потому, что это кажется приемлемым — (т.е., думая так, что так как говорящий, видимо, является хорошим человеком, его слова нужно принять). Не принимайте что-либо из уважения к аскету (по этой причине считая правильным принять его слово).
Но когда вы знаете сами — это безнравственно, это наказуемо, это порицается мудрым, это способствуют разрушению, страданию — тогда действительно отвергните это.
Когда вы знаете сами — это нравственно, это безупречно, это хвалят мудрые, это ведет к благополучию и счастью — в таком случае живите в соответствии с этим».

Эти вдохновляющие слова Будды все еще хранят свое оригинальное значение и свежесть.

Хоть в буддизме и нет никакой слепой веры, может быть спорным вопрос поклонения образам Будды и т.п. Буддисты не поклоняются образу, ожидая мирскую или духовную пользу, но выражают свое почтение тому, что он представляет для них.

У разумного буддиста при предложении цветов и благовоний образу Будды создается чувство, что он находится в присутствии живого Будды, таким образом он вдохновляется Его благородной личностью, глубоко воодушевляется Его безграничным состраданием. Он пробует следовать за Его благородным примером.

Дерево Бодхи также является символом Просветления.

Эти внешние объекты почтения не необходимы, но они полезны, поскольку они имеют тенденцию концентрировать внимание. Интеллектуальный человек может обойтись без них, поскольку он может легко сосредоточить свое внимание и представить себе Будду.

Для нашей собственной пользы и из чувства благодарности мы проявляем такое внешнее уважение, но Будда ожидал от Своего ученика не столь почтения, сколько фактического соблюдения Его Учения. Будда говорил: «Кто практикует мое Учение лучше всего — тот чтит меня лучше всего. Тот, кто видит Дхамму — видит меня».

Относительно изображений, однако, граф Кевсерлинг отмечает:

«Я не вижу ничего более грандиозного в этом мире, чем изображение Будды. Это — совершенно прекрасное воплощение духовности в видимой области».

Кроме того, необходимо упомянуть, что нет прошений или заступнических молитв в буддизме. Как бы много мы ни молились бы Будде, мы не можем быть спасены. Будда не предоставляет покровительство тем, кто молится Ему. Вместо прошений существует медитация, которая приводит к самообладанию, очищению и просветлению. Медитация не есть ни безмолвная мечтательность, ни бессодержательность ума, но активное стремление, ободряющее ум и сердце.

Будда не только говорит о тщетности того, чтобы возносить молитвы, но также и осуждает рабский менталитет. Буддист не должен молиться, чтобы быть спасенным, но должен полагаться на себя и достичь сам своего освобождения.

«Молитвы носят характер частного общения, эгоистичной торговли с Богом, где объектами являются земные амбиции, воспламеняющие собственные чувства. Медитация указывает на другое — на изменение самого себя» — Шри Радхакришна.

В Буддизме нет, как в большинстве других религий, всемогущего Бога, чтобы повиноваться ему и бояться его. Будда не поддерживал веру в грандиозного всезнающего и вездесущего властелина. В Буддизме нет никаких божественных откровений или божественных посланников. Буддист поэтому не раболепствует перед любой высшей сверхъестественной силой, которая «управляет его судьбой и которая произвольно награждает и наказывает».

Таким образом, буддисты не верят в откровения божественных существ в буддизме, не претендуют на монополию истины и не осуждают любую другую религию. Но буддизм признает бесконечные скрытые возможности человека и учит, что человек может получить освобождение от страданий своими собственными силами, независимо от божественной помощи или посредников — священников.

Буддизм поэтому в строгом смысле нельзя назвать религией, потому что это ни система веры и вероисповедания, ни «акт направленный на внешнее или форма, которой люди указывают на свое признание существования Бога или богов, имеющих власть над их собственной судьбой, кому они повинуются, служат и воздают почести».

Если под религией подразумевается «учение, которое охватывает жизнь не поверхностно, но которое проверяется жизнью, и не просто проверяется, а учение, которое предоставляет людям руководство, в соответствии с которым дается возможность тем, кто согласен с ним, обнаружить мужество в столкновениях с жизнью и встретить смерть с ясностью» [Бхиккху Силачара], — либо система освобождения от страданий жизни, тогда это, конечно — религия религий.

Глава 4. Буддизм как этическая система

Несомненно, буддизм содержит превосходный этический кодекс, который беспрецедентен в своем совершенстве и в альтруизме. Он согласуется с образом жизни как для монахов, так и для мирян. Но буддизм — это гораздо большее, чем обычное нравственное обучение.

Нравственность — только предварительная стадия на пути очищения и является средством для достижения цели, но не конечной самоцелью. Поведение, хотя оно и существенно, является самостоятельно недостаточным, чтобы достичь освобождения. Его необходимо связать вместе с мудростью или знанием (panna). Основа Буддизма — нравственность, мудрость — вершина.

В выполнении принципов нравственности буддист принимает во внимание не только самого себя, но и других, животные — не исключение.

Нравственность в буддизме не основана на каком-то сомнительном открытии, на исключительном мнении, но это — рациональный и практический кодекс, основанный на верифицируемых фактах, поддающихся проверке индивидуальным опытом.

Следует упомянуть, что отличительный признак буддиста в том, что для него внешнее сверхъестественное посредничество не играет никакой роли. В буддизме нет никого, кого бы можно было бы вознаградить или наказать.

Боль и счастье — неизбежные результаты действий. Вопрос навлечения на себя удовольствия или неудовольствия Бога не вхож в фокус внимания буддиста. Ни надежда на вознаграждение, ни страх перед наказанием не действуют на него в качестве стимула совершать добро или воздерживаться от зла.

Буддист осведомлен о будущих последствиях, он воздерживается от зла, потому что это замедляет процесс Просветления, и совершает добро, потому что это помогает прогрессу в Просветлении (Bodhi). Есть также те, кто совершает благие поступки, потому что это хорошо, и воздерживается от зла, потому что это плохо.

Чтобы понимать исключительно высокий стандарт нравственности, ожидаемых от идеальных последователей Будды, необходимо тщательно прочитать Дхаммападу, Сигаловада Сутту, Вагападджа Сутту, Мангала Сутту, Каранья Сутту, Парабхава Сутту, Васала Сутту, Дхаммика Сутту, и т.д.

Как нравственное учение, буддизм превосходит все другие этические системы, но нравственность — только начало, а не конец Буддизма.

  • С одной стороны, буддизм — не философия, с другой — является философией философий.
  • С одной стороны, буддизм — не религия, с другой — религия религий.
  • Буддизм — не метафизический путь и не ритуалистический.
  • Это не скептитизм и не догматизм.
  • Это не самоумерщвление и не снисходительность к самому себе.
  • Это не пессимизм и не оптимизм.
  • Это не этернализм и не нигилизм.
  • Это не абсолютно мирское и не потустороннее.
  • Это — уникальный Путь к Просветлению.

Оригинальный термин пали для буддизма — Dhamma, который буквально означает «то, что поддерживает». Нет никакого эквивалента в английском языке, который бы точно передал терминологию пали.

Дхамма существует, действительно реальна. Она — Доктрина реальности, средство избавления от страдания, и непосредственно — само избавление. Появляются ли Будды или нет, Дхаммa существует. Она была скрыта от глаз неосведомленных людей до Будды, Просветленного, который понял ее и из сострадания явил ее миру.

Дхамма не является чем-то отдельным, она тесно связана с самим же собой. Будда призывал:

«Будьте сами себе островом, будьте сами себе Прибежищем. Пусть будет Дхамма островом, пребывайте в Дхамме как в Прибежище. Не ищите никакого внешнего Прибежища» — Параниббана Сутта.

Глава 5. Некоторые отличительные черты буддизма

Основы Буддизма — четыре Благородные Истины, а именно, страдание (мотив Буддизма), причины страдания (т.е. жажда), окончание страданий (т.е. Ниббана, величайшее благо в буддизма), и Срединный Путь.

Какова Благородная Истина страдания?

«Рождение подвержено страданию, старость подвержена страданию, в болезни — страдание, в смерти страдание, в соединении с неприятным — страдание, в отделении от приятного — страдание; не получая того, чего каждый жаждет — он страдает; пять совокупностей привязанностей подвержены страданию».

«Это — страстное желание, которое приводит от рождения к рождению, сопровождаемое вожделением страсти, которой восторгаются; оно — желание чувственных удовольствий (Kamatanha), привязанность к существованию (Bhavatanha) [*] и к не-существованию (Vibhavatanha)». [**]

* Жажда, связанная с этернализмом (Sassataditthi)
** Жажда, связанная с нигилизмом (Ucchedaditthi)

Какова Благородная Истина избавления от страдания?

«Это — безостаточное, полное уничтожение страстного влечения, оставление его, вырывание его, освобождение от него».

Что такое Благородная Истина, ведущего к избавлению от страданий?

Это — Благородный Восьмеричный Путь, который состоит из правильного понимания, правильных намерений, правильной речи, правильных действий, правильных средств к существованию, правильных усилий, правильного памятования и правильного сосредоточения.

Являются ли Будды или нет, эти Четыре Истины существуют в мире. Будды только указывают на эти Истины, которые были скрыты в темных безднах времен.

Если интерпретировать с научной точки зрения, Дхамму можно назвать законом причины и следствия. Принцип причины и следствия пронизывает всё Учение Будды. Первые три Благородные Истины представляют философию буддизма; четвертая — представляет этику Буддизма, основанную на той философии. Все эти четыре истины существуют и обусловлены наличием тела. Будда провозгласил: «В теле в одну сажень длиной вместе с его ощущениями и мышлением Я провозглашаю мир, его происхождение, конец мира и Путь, ведущий к концу мира». Здесь термин «мир» означает страдание.

Буддизм центрируется на идее страдания. Но из этого не следует того, что буддизм пессимистичен. Он ни абсолютно пессимистичен, ни абсолютно оптимистичен. Напротив, буддизм учит истине, которая находится посередине.

Можно было бы назвать Будду пессимистом, если бы Он только провозгласил Истину страдания, не предлагая средство положить конец ему. Будда осознал всеобщность страдания и предписал панацею от этой универсальной болезни человечества. Самое высшее мыслимое счастье, согласно высказываниям Будды — это Ниббана, характеризующаяся полным отсутствием страдания.

Автор статьи о пессимизме в Британской энциклопедии пишет:

«Пессимизм означает отношение к жизни с чувством безнадежности, расплывчатое повсеместное воззрение, что боль и зло преобладают в жизни. Исходная доктрина Будды так же оптимистична, как и любой оптимизм. Чтобы назвать это пессимизмом, просто примените к этому характерный западный принцип, согласно которому счастье невозможно без личности. Истинный буддист с воодушевлением смотрит на перспективу ее растворения в вечном счастье».

Обычно наслаждения чувственными удовольствиями считаются наивысшими и являются единственным счастьем для заурядного человека. Несомненно, что своего рода преходящее счастье состоит в предвкушении, наслаждении и размышлениях о прошлом таких мимолетных материальных удовольствий, но они все иллюзорны и временны. Согласно словам Будды, большее счастье — непривязанность.

Будда не ожидает, что Его последователи будут постоянно размышлять о страдании и вести печальную, несчастную жизнь. Напротив, Он увещевает их, чтобы они были всегда радостными и энергичными для одного из факторов Просветления — радости (Piti).

Истинное счастье находится внутри и не может быть измерено богатством, детьми, почестями или славой. Если владение этим всем достигнуто неправильно — с использованием насилия, несправедливости, если они рассматриваются с привязанностью, то эти вещи становятся источником страдания и печали для его обладателя.

Вместо попыток рационализировать страдание, буддизм принимает страдание как должное и стремится к его искоренению. Страдание существует до тех пор, пока существует и жажда. Оно может быть искоренено через следование Благородному Восьмеричному Пути и достижение высшего счастья — Ниббаны.

Эти четыре Истины могут быть проверены опытом. Следовательно, Дхамма Будды не основана на страхе перед неизвестностью, но базируется на фактах, которые могут быть проверены нами самостоятельно и подтверждены опытом.

Такая рациональная и практическая система не может содержать мистики или тайной доктрины. Слепая вера поэтому чужда буддизму.Там, где нет никакой слепой веры, не может быть никакого принуждения, или преследования, или фанатизма.

Однозначно, к чести буддизма, можно сказать, что в течении 2500 лет его мирного марша ни одна капля крови не была пролита во имя Будды, ни один могущественный монарх не использовал мощь меча в целях распространения Дхаммы и ни одно преобразование не было сделано или силой, или отвратительными методами. Все же Будда был первым и самым великим миссионером, который жил на земле.

Олдос Хаксли пишет: «Единственный из всех великих мировых религий, буддизм прошел путь без преследований или инквизиций».

Лорд Рассел замечает: «Среди великих исторических религий я предпочитаю Буддизм, особенно в его самых ранних формах, потому что там наименьшая доля гонений».

Во имя буддизма ни один алтарь не был обагрен кровью Гипатии, ни один Бруно не был сожжен заживо.

Буддизм больше аппелирует к интеллекту, нежели к эмоциям, будучи заинтересован в личности приверженцев больше, чем в их численности.

Однажды Упали, последователь Ниггантхи Натапутты, обратился к Будде и был так доволен изложением Буддой Дхаммы, что немедленно выразил свое желание стать последователем Будды. Но Будда предостерег его, сказав:

«Истину, о домовладелец, тщательно исследуют. Было бы хорошо для такого выдающегося человека, как вы, сделать (предварительно) тщательное расследование».

Упали, который был вне себя от радости от этого неожиданного замечания Будды, сказал:

«Господин, если бы я был последователем другой религии, его сторонники взяли бы меня в круг на улице, провозглашая: «Такой-то отказался от своей прежней веры и избрал их». Но достопочтенный Господин советует мне заниматься исследованиями и далее. Более, чем доволен я этим замечанием от Вас. Во второй раз, Господин, я ищу Прибежище в Будде, Дхамме и Сангхе».

Буддизм насыщен этим духом свободного исследования и совершенной терпимостью. Это — Учение открытого ума и сострадательного сердца, которое освещая и согревая целую вселенную лучами мудрости и сострадания, проливает отрадный свет на каждое живое существо, борющееся в океане рождения и смерти. Будда был настолько терпим, что не ставил задачи властно возложить свои заповеди на последователей. Вместо повелевания Он говорит: «Вам надлежит делать это, вам надлежит не делать это». Будда не повелевает, но увещевает. Эта терпимость Будды распространилась на мужчин, женщин и всех живых существ.

Будда был первым, кто впервые попытался отменить рабство и решительно протестовал против деградирующей системы каст, которая была прочно внедрена в Индии. Согласно слову Будды, не просто фактом рождения, но своими действиями каждый становится изгоем или благородным человеком. Каста или цвет кожи не препятствуют становлению буддистом или вхождению в монашеский Орден. Рыбаки, мусорщики, куртизанки, вместе с воинами и брахманами свободно допускались в Орден и пользовались равными правами, к тому же со степенями возможностей.

В пользу цирюльника Упали, например, было сделано предпочтение в отношении ко всем остальным лидерам в вопросах, касающихся Винаи. Робкий Сунита, мусорщик, достигший Архатства, был допущен в Орден непосредственно Буддой. Ангулимала, грабитель и преступник, стал сострадательным святым. Свирепый Алавака искал Прибежище в Будде и стал святым. Куртизанка Амбапали вошла в Орден и достигла Aрхатства. Таких примеров из Типитаки можно привести множество для того, чтобы показать, что двери буддизма широко открыты всем, независимо от касты, цвета или положения.

Также Будда был тем, кто поднял статус попранных женщин, и не только привел их к осознанию своей значимости в обществе, но и и основал для них первый безбрачный Орден с правилами и нормами.

Будда не принижал женщин, но лишь расценил их слабыми по природе. Он видел добродетели, присущие как мужчинам, так и женщинам, и назначил всем должные места в Его Учении. Пол — не барьер для достижения Святости.

Иногда термин пали использовался, чтобы обозначить женщин как Matugama, что означает «мать народа» или «общество матерей». Как мать, женщина занимает благородное положение в буддизме. Даже жена расценена как «лучший друг» (parama sakhа) мужа. Поспешные критики делают односторонние утверждения, когда они укоряют буддизм за его враждебное отношение к женщинам. Хотя сначала Будда и отказался допускать женщин в Орден, имея на то разумные основания, позже Он уступил просьбам Его кормилицы, Паяпати Готами и основал Орден Монахинь.

Когда архаты Сарипутта и Mогаллана стали двумя главными последователями в Ордене Монахов, Будда все же назначил архатов Кхемму и Упаллаванну двумя главными женскими последовательницами. Множество остальных учениц Будды тоже были им упомянуты как выдающиеся и благочестивые последовательницы.

В одном случае Будда сказал царю Косале, который рассердился, когда услышал, что у него родилась дочь:

«Ребенок женского пола, о повелитель людей, может оказаться даже лучшим плодом, чем мужского».

Множество женщин, которые иначе впали бы в забвение, проявили себя различными способами и обрели свою свободу, последовав за Дхаммой и вступив в Орден Монахинь. В этом новом Ордене, который, как оказалось позже, стал большим благословением для многих женщин: для цариц, принцесс, для дочерей благородных семей, вдов, матерей, понесших тяжелую утрату, для нуждающихся женщин, для несчастных куртизанок — все, несмотря на их касту и положение, объединились на общем положении Учения, наслаждаясь прекрасным утешением и миром, вдыхая воздух свободы, которой ранее не было ни в заточениях, ни в домах, ни в роскошных особняках.

Также Будда был тем, кто запретил приносить в жертву бедных животных и убеждал своих последователей распространять любящую доброту (Metta) на всех живых существ, даже на самое крошечное существо, ползающее в ногах. Ни у одного человека нет власти или права разрушить жизнь другого, поскольку жизнь ценна для всех. Истинный буддист будет развивать эту любящую доброту по направлению к каждому существу, не делая различий по признакам касты, цвета или пола.

Именно буддийской Меттой происходят попытки разрушить барьеры, отделяющие одного от другого. Нет никакой причины держаться в стороне от остальных просто потому, что они принадлежат иному убеждению или иной национальности. В этой благородной веротерпимости, которая базирована на Кула Вуха сутте и Маха Вуха сутте, Ашока говорит:

«В местах собрания публики будет лучше, если все будут с готовностью слушать доктрину, исповедуемую другими».

Буддизм не ограничен какой-либо страной или какой-то специфической нацией. Он универсален. Это не национализм, другими словами — иная форма кастовой системы, основанная на более широкой основе. Буддизм, если так можно выразиться, это — супернационализм. Для буддиста нет отчужденных или близких, врагов или чужаков, отступников или неприкасаемых с тех пор, как испытывается всеобъемлющая любовь с осознанием признанного братства всех живых существ. Настоящий буддист — гражданин мира. Он расценивает весь мир как свою родину, а всех остальных — как своих братьев и сестер.

Буддизм уникален, главным образом, вследствие его терпимости, доброты, рациональности, практичности, эффективности и универсальности. Он является благороднейшим из всех влиятельных объединений и единственным рычагом, который может поднять мир. Таковы некоторые значимые особенности буддизма. Среди некоторых основных доктрин можно выделить: Закон причинной обусловленности или Камма, учение о перерождении, Анатте и Ниббане.

Глава 6. Камма или закон причинной обусловленности

Мы сталкиваемся с тотально разбалансированным миром. Мы осознаем положение неравенства в судьбах людей и в многочисленности классов живых существ во вселенной. Мы видим одного, родившегося в условиях богатства, с прекрасными умственными, моральными и физическими качествами, и другого — родившегося в условиях крайней бедности и нищеты. Вот человек, добродетельный и безгрешный, но вопреки его ожиданиям, он всегда сталкивается с бедой, жестокий мир действует вопреки его амбициям и желаниям. Он беден и жалок, несмотря на свои порядочность в делах и благочестие. Другой человек, порочный и глупый, но считающий, что фортуна его любит, всевозможно вознагражден, несмотря на свои недостатки и порочный образ жизни.

Почему, спрашивается, один должен быть ниже, а другой — превосходить его? Почему один должен быть вырванным смертью из рук любящей матери, когда он едва имел возможность рассмотреть ее в течение краткого времени, и почему другой должен был погибнуть в расцвете сил, или в возрасте восьмидесяти или ста лет?

Почему один должен быть больным и слабым, а другой — сильным и здоровым? Почему один красив, а другой — уродливый, страшный и омерзителен для всех окружающих? Почему один воспитан в роскоши, а другой — в абсолютной бедности, в страдании? Почему один рождается миллионером, а другой — нищим? Почему один с особенностями святого, а другой — с преступными тенденциями? Почему некоторые лингвисты, художники, математики или музыканты с самой колыбели? Почему некоторые бывают врожденно слепыми, глухими и уродливыми? Почему некоторые благословлены, а другие прокляты с момента их рождения?

Вот некоторые проблемы, которые озадачивают умы всех разумных людей. Каково объяснение этой погрешности мира, этого неравенства человечества?

Действительно ли это всё происходит из-за слепой вероятности или по воле несчастного случая?

Нет ничего в этом мире, что бы возникало по слепой вероятности или по воле несчастного случая.

Сказать, что что-либо совершается случайно — не более верно, чем считать, что эта книга явилась тут сама по себе. Строго говоря, ничего, оказывается, случайно не происходит, без тех или иных причин.

Может ли это быть волей не несущего ответственности за это Создателя?

Хаксли пишет:

«Если предполагать, что кто-либо умышленно спроектировал эту существующую удивительную вселенную, то мне совершенно ясно, что Он не столь доброжелателен в любом понятном смысле слов, сколько злораден и не справедлив».

Согласно Эйнштейну:

«Если Бог является всемогущим, то каждый случай, в том числе каждое человеческое действие, каждая человеческая мысль, и каждое человеческое чувство и стремление — также Его работа; каким образом тогда это человеку возможно — нести ответственность за поступки и мысли перед таким всемогущим существом?»

«В выдаче наказаний и наград, Он в известной мере выносил бы приговор самому себе. Как это может сочетаться с добротой и справедливостью, приписываемых ему?»

Спенсер Льюис:

«Согласно теологическим принципам, человек создан произвольно и без его желания, и в момент его создания либо благословлен, либо проклят навечно. Следовательно, человек или хороший или злой, или удачливый или неудачник, благородный или развращенный — с самого первого шага в процессе его физического создания и к моменту его последнего вздоха, несмотря на его индивидуальные желания, надежды, амбиции, борьбу и святые молитвы. Таков телогический фатализм».

Чарльз Брэдлоу:

«Существование зла — ужасный камень преткновения для теиста. Боль, страдание, преступление, бедность противостоит стороннику вечной благости и подвергается сомнению безответность в ответ на обращения к Божеству: «всеблагой», «премудрый» и «всесильный».

Шопенгауэр:

«Кто думает, что возник из ничего, должен так же думать, что снова станет ничем, поскольку прошла вечность, прежде чем он появился, и затем вторая вечность начнется, через которую он никогда не прекратит быть, — чудовищная мысль».

«Если рождение — абсолютное начало, то смерть должна быть его абсолютным концом; и предположение, что человек возник из ничего, приводит обязательно к предположению, что смерть — его абсолютный конец».

Комментируя тему человеческих страданий и Бога, профессор Дж. Б. С. Холден пишет:

«Или страдание необходимо, чтобы усовершенствовать человеческий характер, или Бог не всемогущ. Прежняя теория опровергнута тем фактом, что некоторые люди, которые страдали очень немного, были удачливы с их происхождением и образованием и имеют весьма прекрасный характер. Второе возражение — в связях вселенной в единое целое существуют всяческие интеллектуальные пробелы, заполненные постулированием божества. Автором, по-видимому, мог быть любой желающий».

Расселл заявляет:

«Нам говорят, что мир был создан Богом, который является и хорошим и всемогущим. Прежде, чем Он создал мир, Он предвидел всю боль и страдание, которые в нем будут. Поэтому ответственен за все это. Бесполезно возражать, что боль в мире существует благодаря греху. Если Бог знал заранее грехи, в которых человек был бы повинен, то Он явно ответственен за все последствия тех грехов, когда решил создать человека».

В «Отчаянии» Теннисон потому нападает на Бога, что Тот, как зафиксировано в Исайе, говорит: «Я заключаю мир и сотворяю зло» (Исайя, 14.7):

«Что? Я должен обратиться к той бесконечной любви, которая благоприятствует нам? Это скорее бесконечная жестокость, сотворившая вечный ад. Создавая нас, Он знал все наперед о нас, Он обрек нас, и поступает с нами так, как со своей собственностью. Лучше наша умершая грубая мать, которая никогда не слышала наших стонов».

Конечно, «учение о том, что все люди — грешники с неотъемлемым грехом Адама является вызовом справедливости, милосердию и любви».

Есть те, кто в прошлом авторитетно заявили, что Бог создал человека по своему собственному подобию. Некоторые современники заявляют наоборот, что человек создал Бога по своему собственному подобию. С ростом цивилизации человеческое представление о Боге становится все более изощренным.

Однако невозможно представить себе зарождение жизни в пределах или вне пределов вселенной. Может ли это быть вариантом, обусловленным наследственностью и окружающей средой?

Необходимо признать, что все химико — физические явления, которые выявили ученые, определены отчасти инструментальным методом, они не могут быть исключительно ответственны за тонкие и значительные отличия, которые существуют между индивидуумами. Все же, почему идентичные близнецы, которые физически одинаковы, унаследовав одни и те же гены, воспитываясь в одних и тех же условиях, очень часто кардинально отличаются темпераментом, нравственностью и интеллектом?

Одна только наследственность не может объяснить эти обширные отличия. Собственно говоря, она правдоподобнее объясняет сходства, чем значительную разницу. Бесконечно крошечный химико-физический эмбрион, который составляет около 30 миллионной части дюйма в поперечнике, унаследованный от родителей, объясняет физическую основу человека лишь частично. В отношении более сложных и тонких умственных, интеллектуальных и моральных различий нам нужно больше знаний.

Теория наследственности не может дать удовлетворительное объяснение рождения преступника в династии благородных предков, рождение святого или благородного человека в семье с порочной репутацией, возникновение вундеркиндов, гениев и великих религиозных учителей.

Согласно Буддизму, эти варьирования происходят не только благодаря наследственности, окружающей среде, «природе и воспитанию», но благодаря нашей собственной Камме, или другими словами, благодаря результатам наших собственных унаследованных прошлых действий и наших поступков в настоящем.

Мы сами ответственны за наши собственные поступки, счастье и страдание. Мы создаем наш собственный ад и наши собственные небеса. Мы — архитекторы наших судеб, если кратко — обладатели собственной каммы.

Как-то раз [*] некий молодой человек по имени Сабха подошел к Будде и спросил, по какой причине среди людей встречаются низкие и высокие состояния.

* [Калакамма Вибханга Сутта, Мадджхима Никая, 135]

«По каким причинам, — спросил он, — мы встречаем людей с короткой жизнью, долгожителей, здоровых и больных, приятной внешности и отвратительной, сильных и слабых, бедных и богатых, низкого происхождения и знатного происхождения, глупца и разумного человека?»

Будда кратко ответил: «Каждое живое существо обладает каммой, она — его собственное наследование, его причина, его родственник, его Прибежище. Камма — то, что дифференцирует всех живых существ в низкие и высокие состояния».

Затем он объяснил причину таких отличий в соответствии с законом причинной обусловленности.

Таким образом, с буддистской точки зрения, наши умственные, интеллектуальные, нравственные и темпераментные различия происходят главным образом из-за наших собственных действий и тенденций, которые тянутся из прошлого.

Kamma, буквально, означает действие, но в абсолютном смысле, это означает достойный (Kusala) или заслуживающий порицания волевой акт ( Akusala Cetana). Есть камма благая и не благая. Благо ведет к благу, зло — к злу, подобное притягивает подобное. Это закон Каммы.

На Западе некоторые предпочитают говорить, что Камма — это влияние поступков.

Мы пожинаем то, что мы посеяли. Эти плоды где-нибудь и когда-нибудь мы и пожинаем. С одной стороны, мы представляем из себя результат того, какими мы были в прошлом; в будущем мы будем результатом того, каковыми мы являемся сейчас. С другой стороны, мы не полностью результат того, чем мы были, и мы не будем абсолютным результатом того в будущем, чем мы являемся сейчас. К примеру, сегодняшний преступник может стать завтра святым.

Буддизм приписывает эти перемены Камме, но не утверждает, что все происходит из-за Каммы.

Если бы все происходило из-за Каммы, то человек должен бы быть плохим, поскольку просто это его Камма — быть плохим. Он не должен консультироваться с врачом, чтобы вылечиться от болезни, поскольку если такова Камма, то он и так будет излечен.

Согласно Буддизму, есть пять законов или процессов (Niyamas), которые работают в физических и умственных областях:

1. Kamma Niyama — закон действия и результата, например, желательные и нежелательные действия приводят к соответствующим хорошим и плохим результатам.

2. Utu Niyama — физический (неорганический) закон, например, сезонные ветра и дожди.

3. Bija Niyama — закон зародышей или семян (физический органический закон наследственности); например, рис, произведенный от семени риса, сладкий вкус от сахарного тростника или меда и т.д. Теория клеток, генная теория, физическое сходство близнецов могут быть приписаны этому закону.

4. Citta Niyama — умственный или психический закон, например, процессы сознания (Citta vithi), сила ума, и т.п.

5. Dhamma Niyama — закон Дхаммы, например, природные явления при появлении Бодхисаттвы в его последнем рождении, гравитация и т.д.

Каждое умственное или физическое явление могло бы быть объяснено этими всеобъемлющими пятью процессами, которые сами по себе являются законами. Kамма, следовательно, только один из пяти законов, преобладающих во вселенной. Это — закон сам по себе, то есть не подразумевается, что за ним должен стоять законодатель. Обычным законам природы, например, таким как тяготение, нет нужды в законодателе — они работают в собственных областях без вмешательства внешнего посредника. Никто, к примеру, не установил, чтобы огонь горел. Никто не повелевал, чтобы вода была такой-то глубины. Никто из ученых не приказал, чтобы состав воды был H2O и что ее холод должен быть одним из ее свойств. Все это — сущностные характеристики.

Kамма — это не судьба, не предопределенность, наложенная на нас некой таинственной безвестной силой, которой мы должны беспомощно подчиниться. Камма — собственные действия человека, воздействующие на него же, и каждый обладает возможностью отклонить течение Kaммы до некоторой степени: насколько далеко каждый ее отклоняет, зависит от него самого.

Следует также сказать, что такой оборот как «вознаграждение и наказание», непозволительно вводить в дискуссии относительно Kаммы, поскольку буддизм не признает Всемогущее Существо, которое управляет своими подданными, вознаграждает и наказывает их. Буддисты, наоборот, полагают, что испытываемые горе и счастье являются естественным результатом собственных хороших и плохих действий. Необходимо отметить, что Камме присуща продолжительность и карающий принцип.

Неотъемлемым свойством Каммы является потенциал получения того результата, который причитается. Причина ведет к следствию, а следствие «оправдывает» причину. Из семени появляется плод, который «оправдывает» семя, так как они оба взаимосвязаны. Даже в этом случае Камма и ее эффект взаимосвязаны — результат уже зреет в причине.

Буддист, который полностью убежден в доктрине Kаммы, не молится другому для спасения, но с уверенностью полагается лишь на себя, поскольку обучен нести индивидуальную ответственность. Именно доктрина Kаммы дает ему утешение, надежду, уверенность и мужество. Вера в Kамму утверждает его усилия и энтузиазм, делает его всегда добрым, терпимым и внимательным к другим. Также эта устойчивая вера в Kамму побуждает его воздерживаться от зла, совершать добро и быть добрым без запугивания любым наказанием или соблазнения любой наградой. Именно доктрина Kаммы может объяснить проблему страдания, тайну так называемой судьбы или предопределений из других религий, и прежде всего — неравенство человечества. Kамма и перерождение принимаются как аксиома.

Глава 7. Перерождение

Пока есть Камма, то есть и перерождение, поскольку существа — просто видимое проявление этой незримой каммической силы. Смерть — лишь временный конец этого временного явления и она не означает полное уничтожение существа. Органическая жизнь прекратилась, но сила каммы, которая прежде запускала ее, не была разрушена. Поскольку Камма остается полностью незатронута распадом преходящего тела, то создаются условия для следующего рождения.

Kамма, укорененная в невежестве и жажде, создает условия для перерождения. Камма прошлого создает условия для нынешнего рождения, а Камма настоящего времени в комбинации с прошлой создает условия для рождения в будущем.

Настоящее — это результат прошлого, и оно становится, в свою очередь, причиной для будущего. Если мы принимаем за данность прошлую, настоящую, и будущую жизни, то мы сразу сталкиваемся с вопросом — что является абсолютной первопричиной жизни? Или должно быть начало у жизни, или жизнь не имеет начала?

Одна школа, в попытке разрешить проблему, постулирует первопричину — Бога, рассматриваемого как всемогущее существо.

Другая школа отрицает первопричину через опыт, так как причина всегда становится результатом и результат становится причиной. В кругу причины и следствия первопричина немыслима. Согласно предшествующей теории, жизнь имеет начало, согласно последней точке зрения — жизнь не имеет начала.

С научной точки зрения мы являемся продукцией сперматозоида и яйцеклетки наших родителей. Так что жизнь предшествует жизни. Как произошла первая живая протоплазма, или коллоид, ученые не знают.

Согласно Буддизму, мы получаем рождение и по принципу Kammayoni (некое свойство или качество каммы, указывающее на её способность определять место и условия рождения). Родители просто дают бесконечно маленькую клетку. Так существование предшествует существованию. В момент зачатия Камма прошлого создает условия для начального сознания, которое оживляет зародыш. Именно эта невидимая энергия Каммы, сгенерированная с прошлого рождения, производит умственные явления и феномен существования уже в степень физического проявления, чтобы завершить составляющие человека.

Для того, чтобы родиться здесь, существо должно где-то умереть. Рождение существа, которое означает возникновение пяти совокупностей или психофизических явлений в этой жизни, совпадает с этим же набором в момент смерти существа в прошлой жизни; подобно тому как восход солнца в одном месте означает заход солнца в другом месте. Это утверждение может быть понято лучше, если представить жизнь как волну, а не в виде прямой линии.

Рождение и смерть — только две фазы того же самого процесса. Рождение предшествует смерти, и смерть, с другой стороны, предшествует рождению. Постоянная последовательность рождения и смерти в связи с каждым индивидуальным жизненным потоком назначает, формально известна как Самсара — блуждание.

Какова первопричина жизни?

Будда провозгласил: «Не познать конца этой Самсары. Первоначальность возникновения существ, отягощенных невежеством и заключенных в оковы жажды, блуждающих, невозможно постичь».

Этот жизненный поток течет до бесконечности, пока он подпитывается грязными водами невежества и жажды. Когда невежество и жажда полностью отсечены, только тогда, при единственном условии, поток прекращает течь, перерождения заканчиваются, как в случае Будд и Aрхатов. Абсолютное начало этого потока жизни не может быть определено, поскольку не может быть воспринята та стадия, когда эта жизнь еще не была преисполнена невежества и жажды. Будда здесь сослался просто на жизненный поток существ. Это задачи ученых — размышлять о происхождении и развитии вселенной. Будда не пытается решить все этические и философские проблемы, которые озадачивают человечество. Он не имеет дел с теориями и предположениями, которые не ведут ни к наставлению, ни к просветлению. Также Он не требует слепой веры от Его сторонников. Учение Будды центрировано на проблеме страдания и его разрушении — это единственная практическая и конкретизированная цель, все несоответствующие ей второстепенные проигнорированы.

Но как мы можем верить в то, что есть прошлое существование?

Буддисты самым ценным доказательством в пользу перерождения приводят Будду, ибо Он развивал знания, которые позволили ему познать прошлые и будущие жизни.

Следуя Его наставлениям, Его ученики также развили это знание и смогли увидеть свои прошлые жизни. Некоторые, перед приходом Будды, отличались такими психическими способностями, как яснослышание, ясновидение, чтение мыслей, память прошлых рождений и т.д.

Есть также люди, вероятно, ассоциативно, спонтанно развившие память об их прошлых рождениях и помнящие фрагменты их предыдущих жизней. Такие случаи очень редки, но те немногие засвидетельствованные случаи немного проливают свет на вопрос о прошлой жизни. Таковы некоторые опыты современной психологии и странные случаи раздвоений и множественной личности.

В гипнотических состояниях некоторые рассказывают об опыте своих прошлых жизней, остальные видят прошлые жизни других людей и даже излечивают болезни.

Иногда мы попадаем в странные события, которые нельзя объяснить, но перерождением — можно. Как часто мы встречаем людей, которых мы прежде никогда не встречали, и все же инстинктивно чувствуем, что они очень знакомы нам? Как часто случается, что мы посещаем какие-то места и все же ощущаем, что мы отлично знакомы с той обстановкой?

Будда говорит нам:

«Через предшествующие связи или текущую возможность, эта старая любовь расцветает снова, подобно цветку лотоса в воде».

Некоторые опыты современной психологии, духовные явления, контакты с духами, странные раздвоения и множественности личности и так далее, проливают немного света на вопрос о перерождении.

В этот мир приходят совершенные, подобные Буддам, и высокоразвитые личности. Они развиваются внезапно? Могут ли они считаться плодом единственного существования?

Каким образом мы можем объяснить появление великих личностей, таких как: Буддхагоша, Паганини, Калидаса, Гомер и Платон; гениев, подобных Шекспиру; таких вундеркиндов, как Паскаль, Моцарт, Бетховен, Рафаэль, Рамануджан, и т.п.?

Одна только наследственность не может объяснить их существование, иначе бы родословная наглядно раскрывала бы их потомство даже значительней, чем их самих.

Смогли бы они подняться к таким высотам, если бы они не вели благородный образ жизни и не извлекли бы опыт в прошлом? Или это просто случайность, что они родились, или у них были исключительные родители, или они попали в благоприятные обстоятельства?

В нашем распоряжении лишь немногочисленные годы жизни, чтобы провести какое-то время здесь, для многих этот предел составляет пять лет — конечно, немыслимая подготовка к вечности. Если вы верите в настоящее и в будущее, весьма логично верить в прошлое. Настоящее — это порождение прошлого, и оно, в свою очередь, порождает будущее.

Если есть причины полагать, что мы существовали в прошлом, тогда, конечно, нет никаких причин не поверить в то, что мы продолжим существовать после того, как наша жизнь прекратится.

Это действительно сильный довод в пользу прошлой и будущей жизней: в этом мире добродетельные люди очень часто неудачливы, а порочные люди — преуспевающи.

Один западный писатель говорит:

«Верим ли мы в прошлое существование или нет, оно формирует единственную разумную гипотезу, которая устраняет определенные пробелы в человеческих знаниях относительно определенных фактов каждодневной жизни. Здравый рассудок подсказывает нам, что идеей прошлой жизни и исключительно Каммой можно объяснить степени различий между близнецами; как люди, подобно Шекспиру, с очень ограниченным опытом были в состоянии изобразить с поразительной точностью самые разнообразные типы человеческого характера, места действия и т.д., о которых у них не могло быть фактического знания; почему произведение гения неизменно превышает его опыт; существование детей вундеркиндов; обширное разнообразие в умственных способностях и уровнях нравственности, в особенностях головного мозга и телосложения, в условиях, обстоятельствах и окружающей среде, наблюдаемой по всему миру и т.д.»

Необходимо отметить, что доктрина перерождения не может ни быть доказана, ни опровергнута экспериментально, но она принимается как очевидный факт, поддающийся проверке.

Согласно словам Будды, «причина Каммы — avijja или незнание Четырех Благородных Истин. Поэтому невежество — причина рождения и смерти; и его превращение в знание или vijja— следовательно, их прекращение». Результат этого аналитического метода подведен в Paticca Samuppada ( взаимозависимое происхождение).

Глава 8. Взаимозависимое происхождение. Paticca Samuppada

Paticca означает «из» или «зависит от». Samuppada — «возникновение». Paticca Samuppada в буквальном смысле означает «взаимозависимое возникновение» или «взаимозависимое происхождение».

Следует иметь в виду, что Paticca Samuppada — это изложение о процессе рождения и смерти, а не теория, ограничивающаяся темой происхождения жизни. Оно охватывает причины перерождения и страдания без попыток показать эволюцию мира от первичной материи.

Невежество (Avijja ) является первым звеном или причиной колеса жизни, омрачающим правильное понимание.

В зависимости от неведения Четырех Благородных Истин возникает деятельность (Sankhara) — как нравственная, так и безнравственная. Действия, хорошие или плохие, укорененные в невежестве, обязательно имеют должные результаты, с тенденцией к увеличению времени блуждания в существованиях. Однако хорошие действия важны для избавления от жизненных страданий.

В зависимости от этого возникает сознание при перерождении (Vinnana). Оно связывает прошлое с настоящим. Одновременно с возникновением сознания возникают психика и форма (Nama-rupa).

Шесть органов чувств (Salayatana) являются неизбежными последствиями психики и формы. Ими обусловлен контакт (Phassa), от контакта возникает чувство (Vedana).

Сознание, ум и тело, шесть органов чувств, контакт и чувства являются последствиями прошлых действий.

В зависимости от чувства возникает жажда (Tanha). Жажда приводит к цеплянию (Upadana). Цепляние является причиной становления (Bhava), здесь — kamma-bhava, или каммический процесс, обуславливающий условия рождения в будущем (Jati). Рождение — неизбежная причина старости и смерти (Jara-maranа).

Если вследствие причины появляется результат, то при отсутствии причины результат так же должен отсутствовать.

Обратный порядок взаимозависимого происхождения прояснит дело.

Старость и смерть возможны с возникновением психофизического организма, то есть для такого организма предполагается рождение. Рождение — это неизбежный результат прошлых поступков или Kаммы. Kамма обусловлена цеплянием, которое возникает благодаря жажде. Жажда может появиться только там, где существует чувство. Чувства — результат контакта между ощущениями и объектами. Поэтому это предполагает наличие органов чувств, которые не могут существовать без психики и тела. Где есть психика, есть сознание. Это — результат совершения добра и зла в прошлом, происходящее из-за незнания вещей такими, какими они являются в действительности.

Всей формуле можно подвести итог таким образом:

  • В зависимости от невежества появляется деятельность (нравственная и безнравственная);
  • Из действий происходит сознание (сознание повторного рождения);
  • С сознанием появляются психика и форма;
  • С психикой и формой появляются шесть опор чувств;
  • С шестью опорами чувств появляется контакт;
  • С контактом возникает чувство;
  • Чувство вызывает жажду;
  • Жажда ведет к цеплянию;
  • От цепляния появляются действия;
  • От действий возникает перерождение;
  • С рождением появляются распад, смерть, печаль, плач, боль, горе и отчаяние.
  • Так возникает вся совокупность страданий.
  • Первые два звена из двенадцати принадлежат прошлому времени,
  • восемь в середине — к настоящему, последние два — к будущему.
  • Полное прекращение невежества приводит к прекращению действий.
  • Прекращение действий приводит к прекращению сознания.
  • Прекращение сознания приводит к прекращению психики и тела.
  • Это приводит к прекращению шести опорам чувств.
  • Прекращение шести опор чувств приводят к прекращению контакта.
  • Прекращение контакта — к прекращению чувства.
  • Прекращение чувства приводит к прекращению жажды.
  • Прекращение жажды приводит к прекращению цепляния.
  • Прекращение цепляния приводит к прекращению действий.
  • Прекращение действия приводят к прекращению перерождения.
  • Прекращение рождения приводит к прекращению распада, смерти, печали,
  • плача, боли, горя и отчаяния.

Таким образом прекращается вся совокупность страданий.

Этот процесс причины и следствия продолжается до бесконечности. Начало этого процесса не может быть определено, поскольку невозможно сказать, откуда этот жизненный поток был охвачен невежеством. Но когда это невежество превращено в знание, жизненный поток угасает (Nibbanadhatu), тогда жизненный процесс в Самсаре завершается.

Глава 9. Анатта или отсутствие самостности

Буддистскую доктрину о перерождении следует отличать от теории о реинкарнации, которая подразумевает переселение души в тело. Буддизм отрицает существование неизменной или вечной души, созданной Богом или происходящей от божественной сущности (Paramatma).

Если бессмертная душа, которая, как предполагается, является сущностью человека и неизменна, в этом отношении она не может быть тем или другим: стать возвышенной или павшей. Кроме того, непонятно, почему разные души так по разному созданы изначально.

Чтобы доказать существование бесконечного счастья на вечных небесах и бесконечных мучений в вечном аду, бессмертная душа совершенно необходима. Иначе что является тем, что наказывается в аду или вознаграждается на небесах?

«Следует отметить, — пишет Бертран Рассел, — что прежние разграничения между душой и телом исчерпались полностью потому, что материя потеряла свою основательность, подобно тому как ум потерял свою духовность. Психология только начинает становиться наукой. Во всяком случае, в состоянии веры в бессмертие психология не вправе требовать никакой поддержки от науки».

Буддисты соглашаются с Расселлом, когда тот говорит, что «есть, очевидно, некая причина, по которой я являюсь тем же самым человеком, каким я был вчера, и можно взять еще более очевидный пример, — если я одновременно вижу человека и слышу его голос, тут есть некоторое значение: то «Я», которое видит, совпадает с «Я», которое слышит».

Еще недавно ученые верили в неделимый и неразрушимый атом. Физики расщепили этот атом. По объективным основаниям психологи находят, что деятельность разума не обладает обособленной и постоянной характеристикой, но является сериями эпизодов, связанных воедино определенными близкими отношениями. Вопрос бессмертия поэтому преобразовался в вопрос «существуют ли эти близкие отношения между событиями, связанными с живым организмом и другими случаями, которые происходят после того, как тело умерло?»

Как говорит Джоад в «Значении Жизни»:

«Материя с тех пор распалась на наших глазах. Это больше не твердо; это больше не устойчиво; это больше не определяется непреодолимым законом; и что является важнее этого вопроса — неизвестно».

Так называемые атомы, оказывается, являются и делимыми и непрочными. Электроны и протоны, которые составляют атомы, «могут встретить и уничтожить друг друга», в то время как их постоянство (и тех и других) скорее обусловлено колебаниями волн, которые не обладают постоянными фиксированными пределами в процессе непрерывных изменений».

Беркли считал, что так называемый атом — метафизический вымысел и что существует некая духовная субстанция, или душа.

Юм, изучая сознание, понял, что нет ничего, кроме мимолетных психических состояний и пришел к заключению, что предполагаемого постоянного «эго» не существует.

«Есть некоторые философы, — говорит он, — которые воображают, что мы каждый момент осознаем то, что мы называем «собой»; что мы переживаем и существование «Я» и его неизменность в существовании; и таким образом, есть уверенность, что оба переживания совершенно тождественны и упрощены. С моей стороны, когда я вхожу наиболее глубоко в то, что я называю «собой», я всегда натыкаюсь на то или иное конкретное восприятие: тепло или холод, свет или тень, любовь или ненависть, боль или удовольствие. Я никогда не попадаю в «себя»…, и никогда не могу наблюдать что-нибудь, кроме восприятия… и при этом я не понимаю, что может превратить меня в абсолютное небытие».

Бергсон говорит:

«Сознание временно, состояния сознания — не те состояния, которые длятся без изменений. Это не прекращающиеся перемены; когда изменения прекращаются, то прекращается и сознание, оно — олицетворение изменений».

Рассматривая вопрос существования души, профессор Джеймс говорит:

«Теория души — абсолютное излишество, поскольку составление верифицируемых фактов следует из опыта. Никто не может подписаться на него по определенным научным причинам». В заключении его интересной главы о душе он говорит: «И в этой книге условным решением, которого мы достигли, должно быть заключительное слово: мыслители — это сами мысли».

Уотсон, выдающийся психолог, заявляет:

«Никто никогда не трогал душу, или не видел ее в пробирке, или, в любом случае, не входил в отношения с ней, как с другими объектами своего ежедневного опыта. Однако сомневаться относительно ее существования означало стать еретиком, и прежде это могло даже привести к потере головы. Даже сегодня человек, занимающий общественную должность, не осмеливается подвергать это сомнению».

Будда предвидел эти факты приблизительно 2500 лет назад.

Согласно буддизму, ум — не что иное,
как комплексы мимолетных состояний.

Одна единица сознания состоит из трех фаз — возникновения или генезиса (uppada), статики или развития (thiti), прекращения или распада (bhanga). Сразу же после стадии прекращения существования мысли происходит этап генезиса последующего мыслительного момента. Каждая преходящая фаза всегда изменяющегося процесса при прохождении передает всю свою энергию, все неизгладимо записанные впечатления своему преемнику, т.е. структурирована из потенциала его предшественников вместе с нечто большим. Следовательно, существует непрерывный поток сознания, текущий безостановочно.

Последующий момент мысли — не абсолютно то же самое, что и его предшественник, и не полностью отличающийся от него — в непрерывности Каммы та же самая суть. Здесь нет никакой идентичности, но есть идентичность в процессе.

В каждый момент происходит рождение, в каждый момент происходит смерть. Возникновение одного момента мысли означает окончание другого момента мысли, и наоборот. В течении одной жизни существуют сиюминутные перерождения без участия души.

Это не должно пониматься так, будто сознание расколото на кусочки и соединено как поезд или цепь. Но, наоборот, «оно (сознание) непрерывно течет, как река, получающая из притоков чувств постоянные пополнения своего потока, распространенная в миру, но не имеющая в себе какой-либо мыслящей сущности, которая была бы создана этой рекой в процессе ее течения».[*] Она рождена из источника и умирает у входа в устье. Скорость потока такова, что едва ли существует любой стандарт, посредством которого она может быть измерена даже приблизительно. Однако это удовлетворяет комментаторов, которые говорят о том, что продолжительность времени одного момента мысли даже меньше, чем миллионная часть того времени, в которую происходит вспышка молнии.

[*] [См. «Конспект Философии», Шве Зан Аунг
(Общество Палийских Текстов, Лондон) — Введение с. 12.]

Здесь мы находим противопоставление таких мимолетных психических состояний сознания против позиций, в которые некоторые, видимо, верят. Ни одно состояние, однажды когда-либо ушедшее, не повторяется идентичным образом, как прежде. Но мы, занятые мирскими делами, опутанные сетью иллюзии, при постоянно меняющемся сознании, принимаем эту очевидную преемственность за что-то вечное и идем вплоть до представления неизменной души, Атта, до веры в воображаемого деятеля.

«Так называемое существо походит на вспышку молнии, которая состоит из последовательности искр, которые следуют за друг другом с такой скоростью, что человеческая сетчатка не может воспринять их по отдельности. В неведении невозможно и представить себе такой последовательности отдельных искр». [*]

* [Сравните с кинематографом, где отдельные снимки
приводят к эффекту возникновения (иллюзии) движения.]

Колесо телеги лежит на земле в одной точке так же, как и существует только один мыслительный момент, который всегда находится в настоящем времени и всегда скользит в безвозвратное прошлое. То, чем мы станем, определяется нынешним мыслительным моментом.

Если нет никакой души, можно задать вопрос: «Что является тем, что перерождается?», — если нет ничего, что могло бы родиться повторно.

Когда жизнь прекращается, энергия каммы
вновь проявляет себя в другой форме.

Например, вот как говорит бхиккху Силачара:

«Невидимая, она протекает в условиях, соответствующих ее видимому проявлению, то показывая себя как крошечного комара или червя, то в ослепительном великолепии дэва или святого. Когда один метод ее манифестации прекращается, это попросту проходит, и где есть подходящие условия, она проявляет себя вновь в другом имени или форме».

Рождение — это возникновение психофизических явлений.
Смерть — просто временный конец временного явления.

Так же, как возникновение физического состояния обусловлено предыдущим состоянием, как его причиной, таким же образом возникновение психофизических явлений обусловлено причиной, предшествующей его рождению. Так как процесс одной продолжительности жизни возможен без постоянного объекта, проходящего от одного мысленного момента к другому, так и ряд жизненных процессов возможен без бессмертной души, переселяющейся из одного существования в другое.

Буддизм не отрицает полностью существование индивидуальности в эмпирическом смысле. Он только пытается показать, что ее не существует в абсолютном смысле.

Буддистский философский термин Santana, т.е. поток или непрерывность, включает в себя также умственные и физические элементы. Сила Kаммы каждого человека связывает элементы. Этот непрерывный поток или непрерывность психофизического явления, который обусловлен Kаммой и не ограничен только существующей жизнью, но — наличием ее источника в безначальном прошлом и ее продолжения в будущем — является буддистской заменой для постоянного эго или бессмертной души в других религиях.

Глава 10. Ниббана

Этот процесс рождения и смерти продолжается до бесконечности, пока этот поток не будет преобразован, так сказать, в Nibbanadhatu (угасание), в абсолютную цель буддистов. Палийское слово Nibbana сформировано из «Ni» и «Vana». «Ni» — отрицательная частица, а «Vana» подразумевает «жажду» или «тягу». Это называется Ниббаной, избавлением от жажды, имя которой — «Vana», «вожделение». Ниббана означает непривязанность. Это может также определено как исчезновение жажды, ненависти и невежества. Будда сказал: «Весь мир пылает в огне. Чем пылает огонь? Огонь воспламенен вожделением, ненавистью и невежеством, рождением, старостью, смертью, болью, плачем, страданием, горем, отчаянием».

Не следует понимать так, что Ниббана — это состояние небытия или аннигиляции. Мы не можем воспринять ее с нашими мирскими знаниями. Нельзя сказать, что не существует света просто потому, что слепой не видит его. Так, в одной известной истории, рыба в споре со своим другом черепахой торжествующе заявила, что никакой земли не существует. Ниббана буддистов — это ни простое небытие, ни состояние аннигиляции, но что это — никакие слова не могут ее совершенно точно выразить. Ниббана — Дхамма, которая является «нерожденной, вечной, несозданной и несформированной», следовательно, она вечна (Dhuva), желательна (Subha), и счастлива (Sukha). В Ниббане не может быть что-либо увековечено. Не может быть что-либо уничтожено, кроме страданий.

Из книг можно узнать, что Ниббана определяется как Sopadisesa и Anupadisesa. Эти два понятия не два вида Ниббаны, а одна Ниббана, получившая такие названия согласно способам ее достижения — перед смертью или после смерти.

Ниббана не располагается в каком-либо месте, она — не что-то вроде небес, где находится трансцендентный субъект. Это состояние, которое непосредственно зависит от нашего тела. Это то достижение, которое находится в пределах досягаемости для всех. Ниббана — надмирское состояние, достижимое даже в этой настоящей жизни.

Буддизм не заявляет, что эта конечная цель может быть достигнута только после смерти. Здесь находится главное различие между буддистской концепцией Ниббаны и не буддистской верой в вечные небеса, достижимые только после смерти или в союзе с Богом, или с Божественной Сущностью в загробной жизни. Когда Ниббана постигнута в этой жизни с сохранением тела, этот способ называется Sopadisesa Nibbana-dhatu. Когда архат достигает Параниббаны после распада его тела без любого остатка от физического существования, этот способ называется Anupadisesa Nibbana-dhatu.

Cо слов Эдвина Арнольда:

«Если кто-либо учит, что Нирвана — это прекращение, то они лгут.
Если кто-либо учит, что Нирвана — любовь, то они ошибаются».

С метафизической точки зрения Ниббана — это избавление от страданий. С психологической точки зрения Ниббана — искоренение эгоизма. С этической позиции Ниббана — прекращение вожделения, ненависти и невежества.

Существует или нет Архат после смерти?

Будда отвечает: «Архат, который освобожден от пяти совокупностей, глубок и неизмерим, подобно могучему океану. Сказать, что он является рожденным заново, не соответствовало бы случаю. Сказать, что он ни рожден заново, ни не рожденный заново, не соответствовало бы случаю».

Нельзя сказать, что Архат перерождается, так как все желания, условия перерождения ликвидированы; и при этом нельзя сказать, что Архат уничтожен, ибо нет ничего, что могло бы быть уничтожено.

Роберт Оппенхеймер, ученый, пишет:

«Если мы спрашиваем, например, «остается ли положение электрона тем же самым?», мы должны ответить «нет»; если мы спрашиваем «изменяется ли положение электрона со временем?», мы должны сказать «нет»; если мы спрашиваем, «находится ли электрон в покое?», мы должны сказать «нет»; если мы спрашиваем, «находится ли он в движении?», мы должны ответить «нет».

«Будда давал такие ответы на вопросы относительно состояний человека после смерти; [*], но они чужды ответам традиционной науки 17 и 18 веков».

* [Очевидно, имеются ввиду состояние Архатов после смерти.]

Глава 11. Путь к Ниббане

Как Ниббана может быть достигнута?

Следуя Благородному Восьмеричному Пути, который состоит из:

правильного понимания (samma-ditthi), правильных мыслей (samma-sankappa), правильной речи (samma-vaca), правильных действий (samma-kammanta), правильного образа жизни (samma-ajiva), правильных усилий (samma-Vayama), правильной внимательности (samma-sati), правильной концентрации (samma-samadhi).

1). Правильное Понимание, которое является лейтмотивом Буддизма, объясняется как знание Четырех Благородных Истин. Правильное понимание — это понимание вещей такими, какими они действительно являются, а не такими, какими они кажутся. Это относится прежде всего к правильному пониманию себя, потому что, как заявлено в Рохитасса сутте: «Тело размером в одну сажень, с его сознанием, подвластно Четырем Благородным Истинам». В практике Благородного Восьмеричного Пути Правильное Понимание стоит в начале, а также и в его конце. В самом начале минимальная степень Правильного Понимания необходима, потому что это дает правильные мотивации другим семи факторам Пути и придает им правильное направление. В кульминации практики Правильное Понимание созревает в безупречную Мудрость (vipassana-panna), приводя непосредственно к стадиям Святости.

2). Чистое видение вследствие правильного понимания приводит к ясности мышления. Второй фактор Благородного Восьмеричного Пути поэтому — Правильные Мысли (samma-sankappa), который служит двойной цели: устранить порочные мысли и развить чистые мысли. Правильные Мысли, в данной конкретной связи, складываются из трех факторов:

1. Nekkhamma — отказ от мирских удовольствий или бескорыстие, которая противостоит привязанности, эгоизму и собственничеству;

2. Avyapada — заботливость, доброжелательность, или благосклонность — в противоположность ненависти, недоброжелательности, или отвращению;

3. Avihimsa — безвредность или сострадание в противоположность жестокости и черствости.

3). Правильные Мысли приводят к Правильной Речи, третьему фактору. Это включает воздержание от лжи, клеветнических слухов, резких слов и фривольного разговора.

4). Правильная Речь должна быть сопровождена Правильным Действием, которое включает воздержание от убийства, воровства и плохого сексуального поведения.

5). Очищая свои мысли, речь и действия в начале, духовный подвижник пробует сделать чистыми свои средства к существованию, воздерживаясь от пяти видов работ, которые запрещены последователю дисциплины. Это торговля оружием, людьми, животными на убой, опьяняющими напитками, наркотическими веществами и ядами.

Для монахов неправильное средство к существованию состоит из лицемерного поведения и неправильного способа получения необходимого для жизни монаха.

6). Правильное четырехкратное Усилие, а именно:

1. Усилие, предпринимаемое для того, чтобы воздержаться от зла, которое уже возникло;

2. Усилие, чтобы предотвратить возникновение не возникшего зла;

3. Усилие, чтобы развить не возникшее добро;

4. Усилие, чтобы развивать добро, которое уже возникло.

7). Правильная Внимательность — постоянная внимательность относительно тела, чувств, мыслей и объектов ума.

8). Правильное Усилие и Правильная Внимательность приводят к Правильной Концентрации. Это — однонаправленность ума, достигающая высшей точки в джханах или медитативных поглощениях.

Из этих восьми факторов Благородного Восьмеричного Пути первые два сгруппированы под фактором Мудрости (panna), следующие три — под Нравственностью (sila), и последние три — под Концентрацией (samadhi).

Последовательность развивается так:

I. Нравственность (sila): Правильные Средства к существованию, Правильные Действия, Правильная Речь.

II. Концентрация (samadhi): Правильная Концентрация, Правильная Внимательность, Правильное Усилие.

III. Мудрость (panna): Правильное Понимание, Правильные Мысли.

Нравственность (sila) — первая стадия на этом пути к Ниббане.

Не убивая или не раня любое живое существо, человек должен быть добрым и сострадательным ко всем, даже к самому крошечному существу, ползающему у его ног. Воздерживаясь от кражи, он должен быть прямым и честным во всех своих делах. Воздерживаясь от сексуального проступка, который принижает благородность человека, он должен быть чистым. Избегая лжи, он должен быть правдив. Избегая пагубного пристрастия к питью, ведущего к беспечности, он должен быть трезв и прилежен.

Эти элементарные принципы отрегулированного поведения важны для того, кто следует по пути к Ниббане. Нарушение их означает введение препятствий на Пути, который затруднит прогресс в нравственности. Соблюдение их означает устойчивый и плавный прогресс на Пути.

Духовный подвижник, дисциплинируя таким образом собственные слова и дела, может продвинуться на шаг вперед и попытаться контролировать свои чувства.

В то время как он медленно и устойчиво прогрессирует, с выверенными им словом и делом, с сдерживанием чувств, сила Каммы такого устремленного человека может заставить его отказаться от мирских удовольствий и принять аскетическую жизнь. К нему тогда приходит идея: «Семейная жизнь — это логово борьбы, полное тяжелого труда и потребностей. Но свободна и возвышенна под открытым небом жизнь бездомного».

Это не следует понимать так, что ожидается, что он придет к жизни бхиккху или к холостой жизни, чтобы достичь своей цели. Духовное продвижение ускорено, если быть бхиккху, и из мирского последователя можно стать Aрхатом. После достижения третьего состояния Святости, каждый ведет жизнь в безбрачии.

Имея крепкую опору на основе нравственности, продвигающийся человек тогда предпринимает более высокую практику Samadhi, контроля ума — вторая стадия на этом Пути. Samadhi — «однонаправленность ума». Это — концентрация ума на одном объекте при полном исключении всего второстепенного. Есть различные объекты для медитации, согласно характерам людей. Концентрация на дыхании является самой легкой для достижения однонаправленности ума. Медитация любящей доброты очень полезна, поскольку это способствует умиротворению и счастью.

Культивирование четырех возвышенных состояний — любящей доброты (Metta), сострадания (Karuna), радости за счастье других (Mudita) и невозмутимости (Upekkha) очень похвально.

Уделив пристальное внимание к объекту для созерцания, человек должен выбрать то, что наиболее подходит для его характера. Внимательно изучив объект для созерцания, он предпринимает постоянное усилие для сосредоточения своего ума, пока тот не становится настолько полностью поглощенным и внимательным, что все другие мысли в силу этого факта исключены.

Вот временно препятствующие прогрессу пять помех, а именно: чувственное желание, ненависть, лень и вялость, неугомонность и сомнения. В конечном счете человек достигает восторга в концентрации и, к его неописуемой радости, погружается в Джхану, наслаждаясь спокойствием и ясностью однонаправленного ума.

Когда обретается идеальная однонаправленность ума, для каждого возможны развитие пяти сверхъестественных способностей (Abhinna): божественное зрение ( Dibbacakkhu), божественное слышание ( Dibhasota ), воспоминание о прошлых рождениях (Pubbenivasanussati-нана ), чтение мыслей(Paracitta vijanana) и различные психические силы (Iddhividha). Не следует понимать таким образом, что все эти сверхъестественные способности существенны для Святости. Хотя ум теперь и очищен, в нем дремлет тенденция дать волю своим страстям, поскольку они убаюкиваются концентрацией на время. Они могут всплыть на поверхность в самый неожиданный момент.

И дисциплина и концентрация являются полезными, чтобы очистить путь от препятствий, но мудрость (Vipassana Panna) — единственное, что позволяет видеть вещи такими, какие они есть, и, следовательно, достичь конечной цели, полностью уничтожая страсти, подавляемые в самадхи. Это третий и заключительный этап на пути к Ниббане.

Со своим однонаправленным умом, который теперь напоминает полированное зеркало, человек смотрит на мир с правильным представлением о жизни.

Куда бы он ни взглянул, он не видит ничего, кроме трех сильно выделяющихся характеристик: Anicca (непостоянство), Dukkha (страдание) и Anatta (отсутствие самостности). Он понимает, что жизнь постоянно меняется, и все обусловленные вещи преходящи. Ни на небе, ни на земле он не находит любое подлинное счастье, ибо каждая форма удовольствия является прелюдией к боли. Что быстротечно — то болезненно, и где преобладают изменения и страдание, не может быть постоянной бессмертной души.

После чего, из этих трех особенностей, он выбирает ту, к которой он обращается больше всего и тщательно продолжает развивать Понимание в этом направлении до тех пор, пока в один великолепный день он не познал бы Ниббану впервые в жизни, разрушив эти три оковы — иллюзию «Я» (Sakkaya-ditthi), сомнения (Vicikiccha), потакание (неправильным) обрядам и церемониям (Silabbataparamasa).

На этом этапе он называется Sotapanna (Победитель Потока) — тот, кто вошел в поток, что приводит к Ниббане. Так как он не искоренил все оковы, он переродится не более 7 раз.

Набравшись снова отваги в результате этого проблеска Ниббаны, подвижник делает быстрые успехи, и культивируя более глубокое Понимание, становится Sakadagami (Возвращающийся один раз), ослабляя еще двое пут, а именно — чувственные желания (Kamaraga ) и недоброжелательность (Patigha).Он называется Sakadagami, потому что он перерождается на земле только один раз в случае, если не достигает Архатства.

Именно в третьем состоянии Святости — Anagama (Никогда не возвращающийся) он полностью освобождается от вышеупомянутых двух Оков. После этого он не возвращается к этому миру, и при этом он не ищет рождение в небесных мирах, так как он не имеет больше желания чувственных удовольствий. После смерти он перерождается в Чистой Обители (Suddhavasa), в благоприятной плоскости Брахм, пока не достигнет Архатства.

Теперь святой подвижник, воодушевленный своим беспрецедентным успехом усилий, делает свое заключительное продвижение и, разрушая остающиеся Путы, а именно: жажда жизни в Сферах Форм (Ruparaga) и Бесформенных Сферах (Aruparaga), тщеславие (Mana), неугомонность (Uddhacca), и невежество (Avijja) — становится совершенным Святым, достойным (Arahant).

Он сразу понимает, что то, что должно было быть достигнуто, было достигнуто, что тяжелое бремя страданий оставлено, что все формы привязанностей полностью уничтожены, и что Путь к Ниббане пройден.

Достойный, он теперь стоит на высоте большей, чем небесной, вдали от мятежных страстей и скверны мира, реализующий невыразимое блаженство Ниббаны и, как многие архаты в прошлом, декламирует эту оду радости: «Тренировка ума доброжелательностью и мудростью, а высочайшее поведение — добродетелями нравственности — вот что делает смертных чистыми, а не положение или богатство».

Хаксли утверждает:

«Буддизм — это система, в которой нет Бога в западном смысле, которая отрицает наличие души у человека; которая считает веру в бессмертие ошибкой; которая отрицает эффективность каких бы то ни было молитв или жертвоприношений; которая предлагает людям смотреть ни на что иное, кроме как на их собственные усилия по спасению; в которой в своей изначальной чистоте нет клятв повиновения. Буддизм никогда не искал помощи у светской власти, он распространился на значительной территории мира с чудесной быстротой — и он продолжает оставаться доминирующим кредо большей части человечества».

Приложение. Концентрация на дыхании — анапанасати

Anapana Sati — это внимательность на дыхании. «Ana» означает вдох, «Apana» — выдох.

Концентрация на процессе дыхания приводит к однонаправленности ума и в конечном итоге — к проницательности, которое позволяет достичь святости или архатства. Будда также практиковал концентрацию внимания на дыхании, прежде чем он достиг просветления. Эта концентрация может быть осуществлена каждым, независимо от религиозных убеждений.

Сядьте прямо. Поместите правую руку поверх левой руки. Глаза могут быть закрыты или полузакрыты. На востоке сидят, скрестив ноги, с прямым корпусом тела. Правая нога размещается на левом бедре и левая нога на правом бедре, это полное положение. Иногда принимается неполное положение размещения ног на бедрах. Когда предполагается треугольная позиция, все тело хорошо сбалансировано.

Те, кто считает, что поза со скрещенными ногами слишком трудная, могут комфортно сесть в кресло или на любую другую опору, достаточно высокую, чтобы ноги отдыхали.

Это не имеет никакого значения, какая принимается поза — положение должно быть легким и непринужденным. Голова не должна быть опущена. Шея должна быть выпрямлена так, что нос должен находиться перпендикулярно пупку.

Будда, как правило, принимал полную позу лотоса. Это сидение с полузакрытыми глазами, глядя не более чем на расстояние трех с половиной футов.

Перед практикой следует произвести выдох медленно через рот, а затем рот должен быть закрыт. Теперь вдохните через нос нормально, без напряжения, без усилий. Мысленно сосчитайте «один». Выдохните и сосчитайте «два». Вдохните и сосчитайте «три». При счете до десяти постоянно концентрируйтесь на процессе дыхания, не думая ни о чем другом. Делая это, ум может блуждать, но не нужно отчаиваться. Постепенно можно увеличивать количество серий — скажем, через пять серий, серию из десяти.

Позже можно вдыхать и делать паузу, концентрируясь только на вдохе, не считая. Выдохните и сделайте паузу. Вдыхая и выдыхая таким образом, сосредоточиваются на дыхании. Некоторые предпочитают считать — это помогает в концентрации, в то время как другие предпочитают не считать. Важна – концентрация, а не подсчет, который является вторичным.

При практике этой концентрации человек чувствует себя очень спокойно, ощущает легкость в уме и теле. После практики в течение определенного периода может прийти день, когда приходит осознание, что это тело поддерживается лишь дыханием и это тело гибнет, когда дыхание прекращается. Человек полностью понимает непостоянство. Там, где есть изменения, не может быть постоянного объекта или бессмертной души. Понимание можно развивать для достижения Архатства. Очевидно, что цель этой концентрации на дыхании — это не просто получить усиление однонаправленности ума, но и развивать понимание, чтобы достичь освобождения от страданий.

В некоторых лекциях этот простой и безвредный метод дыхания описывается следующим образом: человек осознанно вдыхает и осознанно выдыхает.

1. При совершении долгого вдоха он осознает: «Я делаю долгий вдох». При длинном выдохе он осознает: «Я делаю длинный выдох».

2. При совершении короткого вдоха он осознает: «Я делаю короткий вдох». При коротком выдохе он осознает: «Я делаю короткий выдох».

3. Воспринимая весь процесс дыхания ( т.е. начало, середина и конец), он тренирует себя таким образом — «Я сделаю вдох». Четко осознавая весь процесс дыхания, он тренирует себя так: «Я буду выдыхать».

4. Успокоение дыхания: он тренирует себя, успокаивая дыхание, таким образом: «Я буду вдыхать». Он тренирует себя, успокаивая дыхание: «Я буду выдыхать».

Медитация на любящую доброту (Метта)

Успокойтесь.

Продекламируйте три раза — «Namo Buddhaya (почтение Пробудившемуся)». Продекламируйте три раза — «Araham (безупречному)».

Продекламируйте:

«Buddham saranam gacchami — Я принимаю Прибежище в Будде.

Dhamman saranam gacchami —Я принимаю Прибежище в Дхамме.

Sangham saranam gacchami — Я принимаю Прибежище в Сангхе».

[Эта вводная часть может быть опущена для не буддистов.]

Размышляйте так:

«Мой ум чист, свободен от всех примесей; свободен от похоти, ненависти и невежества от всех злых мыслей.

Мой ум ясный и чистый, незапятнанный, как безупречное зеркало. Как чистый и пустой сосуд наполняется чистой водой, я сейчас наполняю свое чистое сердце и чистый ум мирными и возвышенными мыслями безграничной любящей доброты, состраданием, сорадованием и совершенным спокойствием. Я омываю ум и сердце от гнева, злого намерения, жестокости, насилия, ревности, зависти, страсти и отвращения».

Подумайте десять раз:

«Пусть я буду здоров и счастлив! Пусть я буду свободен от страданий, болезней, печали, волнений и гнева! Пусть я буду сильным, уверенным в себе, здоровым и спокойным».

[Здесь термин «Я» употребляется в общепринятом смысле.]

Подумайте так:

«Сейчас я наполняю каждую частицу своего организма с головы до ног мыслями о безграничной любящей доброте и состраданием. Я сливаюсь с любящей добротой и состраданием. Все мое тело насыщается любящей добротой и состраданием. Я оплот любящей доброты и сострадания. Я не что иное, как любящая доброта и сострадание, это преображает, облагораживает и возвышает меня».

Подумайте десять раз:

«Пусть я буду здоров и счастлив! Пусть я буду свободным от страданий, болезней, печали, беспокойства и гнева! Пусть я буду сильным, уверенным в себе, здоровым и миролюбивым!»

Подумайте так, мысленно создав ореол любящей доброты вокруг себя: «Я отсек все негативные мысли, враждебность. Я не тронут злом, исходящим от других людей. Я отвечаю добром на зло, любящей добротой на гнев, состраданием на жестокость, сорадованием на зависть. Я умиротворен и мой ум уравновешен. Теперь я оплот любящей доброты и нравственности. То, что я имею, я сейчас отдаю остальным».

Подумайте обо всех ваших родных и домашних, о каждом из них или о всех вместе, и окружите их мыслями любящей доброты. Пожелайте им мира и счастья.

Повторяйте: «Пусть все существа будут счастливы и здоровы!».

Потом поразмышляйте о всех видимых и невидимых существах, близких и далеких: о мужчинах, женщинах, животных и всех живых существах, живущих на Востоке, Западе, Севере, Юге, больших и маленьких. Излучайте безграничную любящую доброту без враждебности и беспрепятственно ко всем, независимо от класса, вероисповедания, цвета кожи или пола. Думайте так — это все ваши братья и сестры, собратья в океане жизни, вы равны с ними, вы один из них.

Повторите десять раз: «Пусть все живые существа будут счастливы и здоровы» и пожелайте им мира и счастья. В ходе своей повседневной жизни ежедневно пробуйте переводить свои мысли в действия, если позволяют обстоятельства.

Совершенства (Parami)

1. Пусть я буду щедрым и полезным. (Dana — Щедрость)

2. Пусть я буду хорошо дисциплинированным и утонченным в манерах, чистым во всех отношениях. Пусть мои мысли, слова и поступки будут чисты. (Sila — нравственность)

3. Пусть я буду не эгоистичным собственником, но самоотверженным и бескорыстным, готовым пожертвовать своим удовольствием ради других. (Nekkhamma — отречение)

4. Пусть я буду мудрым и сумею видеть вещи такими, какими они есть на самом деле. Пусть я увижу свет истины и поведу за собой других от тьмы к свету. Пусть я буду хорошо осведомленным и в состоянии просветить других, способным им дать полезные знания. (Panna — мудрость)

5. Пусть я буду энергичным, бодрым и настойчивым, устремленным для достижения своей цели; бесстрашным перед лицом опасности, мужественным для преодоления препятствий; сильным, чтобы служить другим. (Viriya — усердие)

6. Пусть я буду терпелив, в состоянии воздерживаться от зла, видеть хорошее и красивое во всем! (Khanti — терпение)

7. Пусть я буду честным и не скрывающим правду, вежливым. Пусть я никогда не сверну с пути Истины. (Sacca — искренность)

8. Пусть я буду твердым и решительным, с сильным намерением; мягким, как цветок, и твердым, как камень, имея возвышенные принципы. (Adhitthana — решительность)

9. Пусть я буду добрым, дружелюбным и сострадательным, видя всех как моих братьев и сестер, единым со всеми! (Метта — любящая доброта)

10. Пусть я буду спокойным, безмятежным, невозмутимым, со спокойным, уравновешенным умом. (Upekkha — невозмутимость)

Пусть я буду старательным в безупречности!
Пусть я буду безупречным в стараниях!


Автор перевода: Юля Пакулева (Ли).


Источник: https://www.budsas.org/ebud/nutshell/nshell00.htm
….

Previous Что такое Тхеравада? — Маунг Кьяук Сеинн
Next Буддизм это не философия - Праюдх Паютто

Об авторе

Вам также может понравиться

Обзоры и разное другое

Буддизм для современного скептика

Глядя на нашу повседневную жизнь, мы постоянно сталкиваемся с многочисленными стрессами современной жизни. Но, независимо от того, как быстро развиваются технологии, наше стремление к материальному богатству и статусу не привело к значительному прогрессу в понимании страдания, что окружает нас.

Наука и жизнь

Памятование о смерти — Дхаммасами Бхиккху

К сожалению, все эти теории мало способны помочь человеку, столкнувшемуся со смертью. Подумайте, смогли ли мы наслаждаться жизнью, если бы нам пришлось постоянно жить под тенью страха смерти? Может ли тогда возникнуть истинное спокойствие ума?

Австралия, США и Европа

Личности и безличное («Я» и «не-Я») — Тханиссаро Бхиккху

Как объясняет сам Будда утвердительный ответ на вопрос «Есть ли я?» это подтверждение неправильных воззрений об этернализме, т.е. бессмертном вечном неизменном Я. Утвердительный ответ на «Нет я?» это подтверждение других неправильных воззрений об аннигиляционизме, уничтожении я и души при смерти.